Ганина падь

Злясь на себя за панику, Ольга перечитала всю историю здания библиотеки и успокоилась, не найдя там даже намека на призраков и прочую потустороннюю ерунду. Но ощущение все равно было странным, даже когда они с Анной Игоревной устроили в конце недели генеральную уборку в архиве. Будто следил кто-то, причем действиями их был крайне недоволен. Зато тем же вечером выяснилось, что занятия со школьным лагерем отменяются, поэтому все могут быть свободны, кроме Татьяны и Инессы Маратовны, заведующей читальным залом.

Радуясь неожиданному выходному, девушка поспешила домой, представляя, как устроит вечером прогулку по набережной, позовет в гости Наташку или сходит к сестре, а то почти месяц племянников не видела. А ведь когда-то они всей семьей каждую неделю на выходных ездили к бабушке… В памяти всплыл аккуратный дворик, ель у ворот, которую наряжали по праздникам, детворе на радость, яблони, растущие у самых окон, говорливые воробьи в зарослях вишни и душистые кусты смородины вдоль забора. Бабушка давно умерла, дом продали еще до того, как Ольга окончила начальную школу, но воспоминания все равно остались теплыми и солнечными, только теперь от этого становилось грустно. Наверное, Настасья Павловна там тоже сидит и грустит, глядя в окно, подумалось девушке. И кот рядом мурлычет. Или Лизавета вяжет что-то непонятное, постоянно дергая запутавшиеся нитки… Идея съездить в Ганину Падь родилась мгновенно. Ну а чего дома делать? Там хоть на речку сходить можно, ягоды собрать, зловредную крапиву у крыльца изничтожить. Да и туесок вернуть надо, а то вдруг он ей понадобится? Опять же кепку забрать хотелось. Решено, жди меня Ганина Падь, довольно потерла руки Ольга.

Утро выдалось хмурым и пасмурным, низкие облака грозно ползли к лесу, обещая если не грозу, то долгий ливень с ветром и лужами. Только пугало небо не всерьез, и сквозь прорехи серых туч нет-нет, да и проглядывали солнечные лучи или островки радостной июньской голубизны. Распогодится к полудню, думала Ольга, шагая по неровной дороге в сторону деревни.

От леса тянуло прохладой, горьковатым запахом слежавшихся листьев и едва уловимым грибным духом. Иногда казалось, что среди деревьев мелькали поджарые волчьи тела, но откуда волки в Подмосковье, успокаивала себя девушка. Первые лучи солнца коснулись провалившихся крыш, когда Ольга вышла к границе деревни. Все осталось прежним: домики-развалюхи, заросшие улицы, буйное разнотравье и несмолкаемый гул кузнечиков.