Тень отца

Говорят, что женщина была создана для мужчины, чтобы ему было легче и приятней… Но мы знаем, как сильно любили своих жен наши праотцы, насколько уважаемы были Девора и Юдифь. Женщина не может существовать только для мужчины. В любви к жене кроется что-то святое… Я не понимаю этого хорошо и не умею это выразить, но уверен, что посредством такой любви Всевышний хотел показать нам что-то великое и таинственное…

Иосиф снова развел руками и извиняющимся взглядом посмотрел на священника.

– Прости, – прошептал он, – я не могу лучшим образом изложить свои мысли.

Захария молчал, устремив взгляд на лицо Иосифа.

– Ты такой молодой, – заговорил он, – но говоришь необыкновенные вещи. Продолжай! Стало быть, ты полагаешь, что Всевышний и женщине предопределил великую миссию?

– Я верю в это! – горячо воскликнул Иосиф. – Я уверен, что Он ее когда-нибудь возвысит и поставит рядом с Собою. Я не смог бы любить женщину только из-за того, что она существует для меня.

– И именно так ты любишь свою жену?

Иосиф опустил глаза, неожиданно пристыженный в том, что не подтверждает своих слов жизнью.

– Я еще не женат.

– Не женат?! Но ты в таких летах, когда мужчина уже должен выбрать себе спутницу жизни.

– Я жду… – прошептал Иосиф.

Священник покачал головой.

– Это значит, что ты до сих пор не нашел той, которой бы мог отдать свою любовь? Понимаю. Ты не многого требуешь, но многое хотел бы дать… Продолжай ждать, не спеши с выбором. Ты найдешь девушку, достойную твоей любви и твоих надежд.

Только бы тебе не заплатить за свой выбор такой же высокой цены, как мне! – добавил Захария.

Иосиф ничего не ответил. Тяжело ему было найти ответ на боль, которая по-прежнему слышалась в словах его собеседника. Она напоминала росток, тянущийся из укрытого глубоко в земле корня. Он не был согласен с объяснением, к которому пришел старый священник, но что тогда сказать о несчастьях, выпавших на его долю?

Все сильнее разгоравшееся зарево охватывало вершину горы, за которой был Вифлеем.

Превратившийся в бурю ветер трепал ветви и листья. Внизу, невидимые под кронами деревьев, шли домой возвращавшиеся с пастбищ стада. Были слышны колокольчики, блеяние овец и голоса людей.

– Ты хочешь завтра вернуться? – спросил священник.

– Да, Захария.

– И что ты предпримешь?

– То, что ты мне посоветовал. Но не с теми, из Антиохии.

– Думаю, что в Антиохии ты не нашел бы женщину, которой захотел бы отдать свою любовь. Там живут слишком суетно.