Конструктор миров: Игра времени. Том 3

Именно поэтому, господа, я прихожу к выводу, что я с гордостью чувствую себя одиноким в собственном грандиозном мире, где, как выяснилось, в одиночестве не так уж одиноко.

– Но неужели Вы думаете, что работа в команде является менее эффективной, ведь, когда несколько людей, то движение идёт быстрее – утверждал Родион Михайлович.

– Отнюдь нет, Родион Михайлович. Лишь один человек придумывает, все остальные либо исполняют, либо показывают будто поддерживают.

Никогда одну идею несколько человек придумать не могут. Даже идея с нашим «Наутилусом», хоть я и участвовал в его создании, но идея всего корабля принадлежит господину Даккару, а мне идея его электрического питания. И как я уже говорил, когда один человек конструирует проект либо придумывает идею, он один. Думаю, Вы, Вадим Александрович, знакомы с этим чувством.

– Да, господин Абдуллах. Мне довелось почти всю свою жизнь прожить в полном одиночестве, но я бы сказал, что это стало состоянием моей души и это придавало мне трудности и кошмары, чем развитие, как это было у Вас.

– Но всё-таки профессор, Вы должны идти лишь к свету и только развиваться. Всё ещё не поздно, хотя иногда мне кажется, что для этого человечества, над которым мне весело потешаться, уже кажется поздно. Это мне напоминает строки из повести про Незнайку.

Это было, это будет

Где-то рядом, где-то тут

Нарисованные люди

Очень весело живут.

Он немного невезучий,

Озорной и смелый плут

Все его чему-то учат

И Незнайкою зовут.

Он не знает, отчего

Так огромен небосвод,

И зачем на небе звёзды

Ночью кружат хоровод.

Он не знает, почему

Солнце прячется во тьму,

Но все маленькие

Дети улыбаются ему.

Как ни странно, это было,

Наяву, а не во сне

Приключения большие

Он нашёл и на Луне.

Это человечество, эти нарисованные люди, очень даже «весело» живут на своей планете. Озорные плуты, считающие себя смелыми. Каждый из учёных, каждый из моих товарищей и сподвижников их чему-либо учил и в конце они ничего не знают, не признают наши гениальные идеи, иначе они давно должны были обойти даже меня, с моим-то могуществом и масштабом.