Письма о духовной жизни

Подобные «светлицы», где пряли, ткали, вязали, шили, красили, вышивали, были в каждом княжеском доме. Во главе всегда стояла хозяйка дома.

Пользуясь своей близостью к царскому двору, княгиня Евфросинья приглашала к себе лучших иконников, знаменщиков, украшавших в то время соборы Московского Кремля.

На Руси издавна существовал благочестивый обычай, по которому в монастырь или собор, в особо чтимую церковь поступали пожертвования (вклады) в виде шитых пелен, покровов на священные сосуды, плащаницы, воздухи. Часто они были выполнены по обету (например, в мольбе о даровании детей), в благодарность за избавление от смерти на войне, пожаров, болезней.

Княгиня Евфросинья, делая вклады в Кирилло-Белозерский монастырь, Троице-Сергиеву Лавру, Соловецкий монастырь, заручалась поддержкой могущественного духовенства, игравшего большую роль во внутренней жизни государства. Все известные плащаницы Старицких относятся к выдающимся произведениям декоративно-прикладного искусства XVI века.

Плащаница. Вклад Старицких в Кирилло-Белозерский монастырь.

1565 год

Мастерская шитья Старицкой продолжала существовать и после заточения Евфросиньи в Горицкий монастырь. Ей разрешено было взять с собою многих мастериц. Живя в Горицах, старица Евдокия делала вклады в Кирилло-Белозерский монастырь.

Среди сохранившихся памятников лицевого шитья, происходящих из Кирилло-Белозерского монастыря, известны плащаница 1565 года, надгробный покров с изображением Кирилла, пелена «Успение Богородицы» и другие.

Все они отличаются большим художественным совершенством, высокой техникой исполнения.

Не предполагая о своей трагической участи, Евфросинья не могла и подумать о том, что шитье ее рукодельных «светлиц» дойдет до самых далеких потомков и останется памятником ей на века.

В 1569 году Царь Иоанн IV решил окончательно расправиться с родом Старицких, которые якобы пытались его отравить. Было сфабриковано «дело Старицких», и Грозный заставил выпить кубок с ядом князя Владимира Андреевича, его жену и детей.

А через два дня по его же распоряжению жестоко расправились со старицей Евдокией. Опричники забрали ее из Горицкого монастыря, на речных стругах повезли ее в Слободу и по приказу Царя Иоанна Васильевича «уморили в судне, в избе, в дыму». Участь ее разделили, как описывали этот «суд» опричники Таубе и Краузе, двенадцать женщин ее свиты, их «затравили собаками, расстреляли из самопалов, растерзали ужасным образом. Осужденные на смерть, они не знали своей вины».