Позывной «Химера»

Ты меня услышала? Алёнка, услышала? – Мне стало страшно за них, за себя, от того, что я могу остаться одна.

– Анна, пожалуйста… – Анна схватила меня за руку и потащила в усадьбу, в этот момент с ней бесполезно спорить. Она заперла меня на чердаке, так как только там оказался замок, на который можно закрыть.

– Алёна, прости, но так будет лучше. Не забудь, что я тебе сказала о стружке. Я люблю тебя, маленькая.

Послышались её шаги. Потом всё заглохло. От этой тишины у меня побежали мурашки по спине.

Я подбежала к окну и увидела как Анна и Иван медленно, но верно удаляются от усадьбы. Моё сердце сжалось и заныло, а вместе с ним я.

Хотелось вылезти из окна, но оно не открывалось, да и лестницы под ней не было. Меня уже охватило отчаяние, как во мне проснулась Глаша и молвит:

– Алёна, там за книжной полкой есть, дверь. Она ведёт в сад. Беги скорей за мной, я уже растворяюсь… не знаю, что они делают со мной. Беги, пожалуйста.

Я подошла к полке и за ней, правда, была дверь.

Она почти не подавалась под моим напором, но, в конце концов, она тронулась и я увидела маленькую винтовую лестницу, ведущую вниз.

Спустившись вниз, я снова почувствовала запах гари и, толкнув дверь впереди себя, я снова оказалась на улице.

Я побежала по полю, по которому ушли Анна и Иван. Пробегая мимо садов и огородов, я и не заметила как пошёл дождь.

Вот я уже вижу этот храм. Он вселял ужас, а вокруг него уже ничего не росло, земля будто была выжжена… изнутри. Когда к нему подбежала совсем близко, дождь лил так плотно, будто хотел прибить каждую живую тварь.

Двери храма открылись передо мной и, в его темноту, я зашла до нитки сырой.

14 глава

Темнота окутывала со всех сторон. Давила и душила. Немного привыкнув к темноте, я начала пробираться маленькими шажками в пустоту, и в итоге увидела множество зажженных свечей. Какие-то из них были на полу, другие на постаменте, что когда-то нарисовал якобы раб, что сбежал отсюда. Большинство свечей были прямо под куполом и освещали ужасные картины расчленения, убийств, пыток.

Мне не следовало всё это видеть. Отвернувшись, от этих фресок, я увидела в одном круге из свечей Глашу. Она стояла босая на каменном полу, голова её было вскинута, а глаза смотрели в потолок.

– Глаша, Глашенька, ты слышишь меня. Очнись, здесь где-то рядом бабушка и Иван. Анна тоже здесь рядом… Глаша… – она не услышала, но услышал кто-то другой.

– Здравствуй, Алёна.