Одно касание

Внутренне убранство оказалось ещё более удручающим, чем внешний вид. Несколько тюков отсыревшего, начавшего гнить сена в углу, деревянный стул и бочка, стоящие в центре. Поначалу показалось, что тело, к которому я должна была прикоснуться, находилось в бочке.

– Проходи. – кто-то, стоящий за спиной, толкнул меня. Зашипев на обидчика, я, неслышно ступая, прошла вперёд и села на стул. Тот скрипнул, но не сломался.

– Тело в бочке? – с выражением брезгливости на лице, я кивнула на грязную тряпицу, скрывающую содержимое от посторонних глаз.

– На бочке. – Фил лёгким движением сдёрнул материю, предоставляя моему взору неприятную картину: кисть руки, отделённая от хозяина, судя по почти отсутствующим кровоподтёкам, уже после смерти. Неровные края кожи казались обрывками серого пергамента. К горлу подкатила тошнота и я прижала ладонь к лицу, стараясь унять дурноту.

– Чьё это? – слова неохотно слетали с губ.

– А это не важно, мисс Деламар. Поздоровайтесь с господином, который предпочёл остаться инкогнито.

 – Колпер откровенно веселился. Он приблизился, грубо схватил меня за руку и положил её поверх отсечённой конечности. Я не успела возмутиться или высказать своё недовольство – видение набросилось, утягивая в серую пучину.

Глава 2

(Виолет)

Беспомощность, которая с головой накрывала во время видений, пугала. Я в буквальном смысле потеряла сознание, погружаясь в духовный мир, а физическое тело в то время было бесчувственным мешком, с которым можно сделать что угодно.

О доверии думать было поздно – видение начало обретать очертания. Поначалу всё вокруг было укрыто густым серым туманом, скрывающим мир, находящийся дальше вытянутой руки. Но постепенно мгла рассеялась, позволяя различить очертания предметов. Я оказалась рядом с молодым мужчиной. Его лицо сильно опухло от побоев – в нём едва узнавался человек. Боль, сковавшая каждый мускул крепче кандалов, судорогой прошла по телу. Лица нападавших были размыты и смазаны: кто-то наносил новые удары, кто-то кричал. Но их голоса больше походили на лай собак, не давая возможности разобрать слова. Видение буквально состояло из крови, боли, бессвязных воплей и ударов.

Блеснуло остриё клинка, поймало свет от факела, висящего на деревянной колонне. Весь мир обрёл чёткость на краткое мгновение: лица убийц оставались в тени, но длинный шрам, идущий через всю руку палача, не оставлял сомнений – передо мной один из людей Колпера. Именно он приходил в мою лавку вечером.