Белорусская фантастика. Сборник

Нельзя было даже представить себе, что он способен на такое кощунство над благородным напитком!

***

Первые лучи солнца уже начали осторожно заглядывать в окно, медленно скользя по поверхности стены, задевая картины и фотографии, на которых был изображён Николай Петрович: где – один, где – со своей семьёй.

Дети уже давно выросли и разлетелись по другим городам, изредка давая о себе знать звонками на дни рождения. Или приезжая на летних каникулах с внуками.

Жена Николая Петровича умерла пять лет назад, и он последние свои годы проводил в полном одиночестве.

Все вечера его, в большинстве своем, были посвящены воспоминаниям. Он часами просматривал альбомы с фотографиями, больше половины которых были еще чёрно-белыми.

Умаявшись за ночь, Николай Петрович так и заснул в своем кресле. С вопросами, на которые у него не было ответов…

Вдруг что-то защелкало, и в голове Николая Петровича тихо, но уверенно чей-то голос произнёс:

– Спасибо!

От неожиданности старик подпрыгнул: что – за «спасибо»? Кому – «спасибо»?

Наверное, со сна померещилось.

Но голос повторил:

– Спасибо тебе, землянин.

Николай Петрович пулей заскочил в комнату, где ночью оставил Фродо и его аппарат. Но на столе ничего, кроме скомканного полотенца, не было.

– Шизофрения, поздравляю тебя. Добаловался со своими звёздами. Может, вчера лишнего коньяка выпил, и мне это все приснилось?

Но голос в голове напомнил о себе:

– Мы потерпели крушение на орбите вашей планеты.

Метеорит попал в мой корабль, и он, потеряв управление, упал. Связь прервалась, и мои друзья не смогли мне помочь.

– Да покажись уже! Куда ты подевался? – закричал Николай Петрович в сердцах. И тут перед его лицом, прямо из ничего, стали проступать контуры вчерашней «ракушки». Она становилась прозрачной наполовину, и ее уже можно было заметить – бесшумно парящей в воздухе напротив лица старика. Посередине корабля гордо восседал Фродо с поднятой рукой в виде приветствия.

***

После некоторого молчания чувства вернулись к старику, и он, сложив все пазлы в голове, довольно кивнул:

– Я всю жизнь знал, что мы не одни. Только никак не мог понять, как это доказать. И, в первую очередь, себе. Другие меня мало интересуют – их теории одна другой хуже. А что вы делали на орбите?

Вопросы распирали его, но, взяв себя в руки, добавил:

– Раз вы гость, негоже так гостей встречать. Пошли пить чай. Заодно и поговорим.