Белорусская фантастика. Сборник

 – Здоровенная такая дверь, без одной ручки снаружи, словно заперта изнутри.

– А, точно! – воскликнул Никита. – Помню, помню, мы тогда от ребят убегали прятаться, я еще упал возле этой двери. Больно тогда головой приложился.

Он почесал фантомный синяк на своем лбу.

– Ох, и сильно тогда я ударился, думал, все – сотрясение. Шишка целую неделю не проходила.

Ребята засмеялись:

– Точно, крепко повредил мозги ты после того падения – у тебя теперь одни цифры да формулы в голове.

– А вот интересно, что там сейчас? Открыл ту дверь кто-нибудь или нет? – продолжил Димон.

– Давайте съездим туда, проверим. Заодно и детство вспомним, поглядим, что там, да как?

На том и порешили. Решено было взять с собой инструмент – на случай, если дверь до сих пор не открыта. От выхода из пещеры она находилась совсем не близко, и немногие из ребят отваживались тогда так далеко заходить. Это могли сделать только самые смелые из них. Такими смельчаками тогда и сейчас и были Сергей, Дима и Никита.

1943

Капитан Отто фон Кнехт только что при помощи нового оборудования, которое ему поставили сюда из засекреченного института при «Аненербе» – организации, членом которой он являлся уже 8 лет, закончил допрос пленного русского.

«Аненербе», или «Наследие предков», создана была для обеспечения бесперебойной работы государственного аппарата Третьего рейха. Разведывательное управление, в котором он служил, находилось в старом комплексе русских – в катакомбах пещеры под названием «База N197209ХХ24».

Институтские разработки помогали Третьему рейху новыми методами ведения допросов, дающими стопроцентно положительный результат. Даже, если пленник не боялся смерти, они могли предложить ему кое-что пострашнее: переживать свою смерть вновь и вновь…

Приборы работали, как часы.

Весь офицерский состав был четко проинструктирован по поводу настройки оборудования – ни к чему не прикасаться без команды.

Оборудование новое, экспериментальное, и они должны были только записывать все показания приборов во время допросов и снимать происходящее на кинокамеру – для дальнейшего изучения специалистами в Берлине.

В этот раз даже не пришлось перезагружать оборудование – после второго протокола допрашиваемый сам все рассказал. Хотя и заикался сильно, но то, что хотели узнать, они узнали.