(Не) запретная для Альфы

– Обойдусь без вашей защиты миледи, – раздраженно буркнул мужчина, но я сурово взглянула на него.

– О твоей лжи мы еще поговорим, Марк. Теперь мне нужно покормить и помыть близнецов, а еще привести себя в порядок. Так что оба – марш из нашей спальни!

– Милая… – выдохнул Лео, но я была непреклонна.

– Нет. Все потом. Выметайтесь отсюда. Меряйтесь размерами своих достоинств в другом месте.

Обстановка вновь стала накаляться, но мой волк примирительно поднял ладони. Марк фыркнул и вышел первым.

Лео невесомо чмокнул меня в макушку.

– Если нужна помощь с мытьем, зови.

– С чьим? – хихикнула.

– Со всеми, – он игриво поднял бровь.

Но наше растущее желание сейчас было неуместно, так что взяв себя в руки, вытолкала его прочь. Мой волк был таким теплым и родным, что на глаза навернулись слезы. И впервые за три года хотелось плакать от счастья. Взяла полотенце и пошла в душ. Теплая водичка приятно ласкала кожу, смывая с моих бедер следы нашего с Лео порока.

Поразительно. Насколько мое тело отвергало Марка, и при этом мгновенно приняло истинного. Но из головы не шли слова Винтера.

Лишь носители гена Ви могут иметь потомство.

Но я же человек и теоретически не могу иметь детей от оборотня. Обмывая непоседливых близнецов, видела перед собой чудо. Но что теперь?

– Не помешаю? – Симона аккуратно вошла в ванную.

– Конечно нет, – улыбнулась я.

Она протянула мне полотенце, в которое я аккуратно завернула дочку и передала ей.

Лия тянула ручки к Леонарду, а он вновь грозно сверкал желтыми глазищами.

– Они потрясающие. Как и их папочка, – женщина игриво подмигнула, а я зарделась.

Неужели кто-то слышал, как мы с Лео занимались… срам-то какой! Вздохнула, вспоминая наглых самцов, которые решили, что я – их трофей.

– И что теперь будете делать? – она задала вопрос, который крутился на моем языке.

– Не знаю… для начала надо успокоить их обоих. А то передерутся.

– Мужчины, – улыбнулась она, – готовы убить за любимую женщину.

– А мне кажется, что для них это игры, – фыркнула, – кому достанется игрушка.

– Это одно и то же, – усмехнулась Симона, – мужчины – самые настоящие дети. И ты – их трофей, хочешь этого или нет.

Мы вытерли малышей, затем переодели в чистое. По идее сейчас нужно бы покормить их, а затем погулять. С первого этажа доносились громкие мужские голоса. Это друзья Лео? Почему-то стало стыдно спускаться вниз.