(Не) запретная для Альфы

Что за… и они ринулись в атаку. Все вместе, словно по чьей-то команде. На меня прыгнули сразу четверо. Одного перехватил, ломая позвоночник, другого оттолкнул, а голову третьего просто раздавил. В нос ударил запах крови, будоражащий зверя.

Как вдруг сзади раздался неприятный хруст, и я взвыл. Чертов пес вцепился в мою заднюю лапу. С его клыков стекала дурнопахнущая слюна, словно волк чем-то болен. Твою же мать! Дернулся, стряхивая мерзавца, быстро развернулся и перегрыз горло. От его гадкой крови зверь заскулил.

Чем они отравлены? Винтер, ублюдок! На миг оглянулся по сторонам. Вокруг меня танцевали еще пятеро. Они лаяли и рычали, но боялись подойти. Я весь был в крови. Не только врагов, но и своей. Задняя лапа страшно ныла и кровоточила, острые клыки боли впивались в мою отравленную плоть. Но нельзя показывать врагам, что ранен. Иначе они добьют, не оставив ни шанса. Кайл и Дэн рвали обращенных в клочья. Гора мышц бородача позволяла оттеснять толпу псов к лесу, освобождая небольшой коридорчик между машинами.

И вдруг я услышал звон стекла, затем отчаянный крик Аниссы. Машинально обернулся. Трое обращенных все-таки проскользнули мимо сражающегося профессора и начали долбиться к моей истинной. Окровавленные мохнатые лбы свидетельствовали о том, что волки выполняли приказ вопреки собственной воле. Кто-то ими управлял не заботясь, сколько погибнет здесь. Попытался прорваться к ней, но сверху навалились двое обращенных. Они вцепились мне прямо в холку, пытаясь достать до горла.

Мотал головой, пытаясь стряхнуть их.

– Вон! Оставьте нас! Твари! – кричала моя девочка, но я не мог ей помочь.

Из-за отравленной раны перед глазами все поплыло. Сквозь пелену боли увидел, как дверь машины открылась, и моя истинная с детьми на руках рванула ко второй машине. Вот так, умница. Отбившись от двоих, я рванул на тех, которые уже обратили внимание на Аниссу. Отвлек их, разрывая сухожилия и кромсая кожу на лоскуты. Чертовы твари!

– Рррааа! – один пихнул уставшего профессора, повалив на бок и ринулся за моей девочкой.

С трудом поднялся и побежал следом. Боль была повсюду. Мое тело стало одной большой кровоточащей раной. Но я шел, периодически переходя на бег. Быстрее! Лишь она имеет значение, моя пара. Анисса! И я рванулся, хватая преследователя зубами за хвост и со всей силы сжимая челюсти. Обращенный завыл, послышался неприятный хруст. Это была волчица… когда ее взгляд потух, я подбежал к внедорожнику.