Писательница по вызову

Спустя пару минут бешеного эротического танца она затряслась в оргазме. Весь член мужчины покрывала обильная смазка. Но сам он так и не кончил.

– А теперь заканчивай начатое, – приказал, срывая резинку и наслаждаясь испуганным лицом случайной любовницы.

Морщась, девушка начала обсасывать массивный орган мужчины. Схватив ее за затылок, Алексеев мощно кончил в маленький ротик. Затем вытолкал из машины, швырнул вслед сумку и завел мотор. На время успокоился, но мысли постоянно возвращались к Ане Шахно. Как долго придется учить ее сосать, как положено? Насколько чувствительная у нее кожа? Какой формы сосочки? От мыслей, что желанным телом наслаждается другой, у Алексеева заиграли желваки.

Пора вырвать свою звездочку из лап пассивного мужа. Игорь что есть силы нажал на педаль газа…

Глава 3

– Ну здравствуй, – мужской голос эхом пронесся в голове и затерялся в густом аромате ванили.

Первая реакция – прикрыться. Дернула руками, забыв, что связана. Послышался смешок, затем что-то холодное коснулось кожи шеи.

Я ничего не видела, не могла даже слово произнести, а вот тело стало таким чувствительным, таким податливым, что до чёртиков перепугалась. Кожа раз за разом покрывалась мурашками. Слышала, нет, ощущала, как незнакомый мужчина ходит вокруг меня. От него приятно пахло. Или это у меня галлюцинации?

Снова касание, теперь уже в районе паха. Попыталась сжать ноги, но сильный хлесткий удар по бедрам остудил мой пыл. Попробовала возмутиться, но вырвался лишь нечленораздельный стон. Было так неуютно, что к глазам подступили слезы.

Ну уж нет, ни один мужик не заставит меня заплакать! Проглотив горечь, машинально попыталась сжать зубы, но они лишь царапнули мокрый пластик.

– И правда дикая, – задумчиво произнес мужчина, судя по голосу, довольно молодой.

Я попыталась понять, чем же таким он касается кожи. Кожаная плетка, или что? Перебирая в голове варианты, старалась отвлечься. Нужно потерпеть совсем немного, а потом ноги моей не будет в этом странном клубе. А Алексееву я предъявлю, выскажу всё, что думаю и уволюсь к чертовой матери! Казалось, что гнев заполняет каждую клеточку, вытесняя остальные чувства.

Я никогда не отличалась терпеливостью, всегда брала то, чего заслуживала. Такое беззащитное состояние было в новинку.

– Красивая у тебя киска, – усмехнулся мужчина, касаясь моих нижних губ, проводя по ним этой странной штукой, – и уже мокренькая вся.

Снова ехидный смешок. Сжимать ноги побоялась, вдруг снова хлестанет по коже.