Седьмая чаша гнева

Ну, не хочется им считать себя порождением божественного разума, да и только! Ну, хочется иметь родственником обезьяну, хотя, возможно, и понимают, что и спустя миллионы лет жизни обезьяна не станет человеком, а человек – может стать обезьяной не внешне, естественно, но по мышлению своему! Если так сложно применить эволюционное учение в пределах только одного вида, по классификации Карла Линнея, то, как трудно доказывать это в пределах отряда, класса, подтипа, и типа, наконец?

Только один класс насекомых насчитывает сотни миллионов видов! Как такое многообразие могла дать одна эволюционировавшая клетка? Как могла земная жизнь стать результатом эволюции одной белковой молекулы? Скажите, пожалуйста, как рыба выбралась на сушу, и как ее плавники превратились в конечности? Сколько, хотя бы для этого, нужно создать цепочек необычных случайностей, а тем более, многократного повторения одних и тех же условий? Ведь не из любопытства же рыбы это делалось?.

. Давайте, господа атеисты, не упрощать характер мироздания, а согласимся с тем, что все на Земле, от одноклеточной эвглены зеленой, до человека, от бактерии и до раскидистого дерева, – дети величайшего разума. Что касается названия этого разума, то мы думаем, не следует изобретать велосипед, если ему уже дано название предками нашими, и нам кажется, что оно прекрасно – Бог! Вот он и есть – первичное, самое древнее, ибо он – не рожден!

Нельзя не согласиться с Фалесом, первым из семи величайших мудрецов древности, сказавшим как-то:

Древнее всего сущего – Бог, ибо он не рожден.

Прекраснее всего – мир, ибо он творение Бога.

Больше всего – пространство, ибо оно объемлет все.

Быстрее всего – ум, ибо он обегает все.

Сильнее всего – неизбежность, ибо она властвует всем.

Мудрее всего – время, ибо оно раскрывает все.

    Фалес

Беда рода человеческого состоит в том, что большинство не поверят истине, пока не пощупают.

А если истина – не физическое состояние, а духовное?.. Вспомните апостола Фому, который не поверил в воскресение Иисуса Христа даже тогда, когда сам, своими глазами, увидел его.

Мы не видим беды в том, что одни верят в существование Бога просто, без напряжения мысли, а другие избрали сложный путь познания и прозрения, да и тот различен у каждого.