Русская философия. Анализ истории. том Пятый

Всё перечисленное является лишь дверью, иконой, путеводителем во Царствие Небесное, которые ещё никак не гарантируют самое это Спасение, ибо для этого нужно движение живой души в данном направлении, нужна жертва, нужен факт радости единства уже при земной жизни, опосредовано этих путеводителей-икон. Без единства нет жертвы, а без уверенного желания принести жертву всё так и останется схемой, образом или иконой

.

Таким образом, к святой Евхаристии сопричастны все те, кто хоть как-то обеспечивает возможность её бытия.

Это и священник в Храме, и пограничник на границе, и полицейский на своём участке, и повар, и лесник, и рабочий завода, и медик, и так далее. Здесь надо просто повернуть сознание людей, при котором и священник, и человек иной другой профессии в уме своём должны вести одно и то же духовное делание. В противном случае, всё обретает иной знак и противоположные центробежные последствия. Представьте себе пограничника, несущего службу по охране границ России. Вы думаете, что он охраняет эти навозные мухи возле коровника или, зверей и птиц, или рецидивистов на зоне, или леса и луга, или он хочет, чтобы оседлав коня каждый мог проскакать навстречу утренней заре, или чтобы мы мирно спали и ели? Нет совсем, он охраняет именно эту способность, благодаря которой нарождается трудоспособный, умный, ответственный, любвеобильный народ подвига. Он охраняет возможность творить Святую Евхаристию, то есть он тоже сопричастен к литургии. Раньше эту функцию выполняли высокие стены монастырей, а ныне сие адаптировалось в данное качество множественных специализаций служения граждан. Тот же царь выступал гарантом данного положения вещей. Мусульманин, становившийся казаком, служил не царю, а тому порядку, который гарантировал жизненные условия для его семьи и его народа. Он мусульманин, как любой русский, тоже становился участником литургии.

4.О каком таком принципе здесь идёт речь, который обеспечивает наше единство с Богом? Многие из нас задумывались о судьбе человека, о его предопределении.

Оказывается, что судьбой можно владеть и путь сей нам указывает святое Евангелие. Одно дело наделять судьбу Божественным замыслом в начале жизни, но другое совсем – на исходе её, когда все дела уже сделаны и ничего не исправить. Такой человек для общества своей семьи мало что значит, если таковая у него есть. Казалось бы, все начинается с деторождения, но не всё так просто. Наделять судьбу человека Божественным Предопределением – высшая святыня человечества.