Русская философия. Анализ истории. том Пятый

Пушкин в поэме «Руслан и Людмила» даёт намёк будущим поколениям о планах враждебных России сил: голова великана отрублена и при этом спит.

2.Так получилось с отменой крепостного права и дальнейшим курсом антиреформ, произведенных Александром Третьим. Александр Второй освобождал крестьян не от самого крепостного права, а от помещиков, которые опустились до мракобесия и несли в себе зло по сути вещей. Безблагодатность жизни неизбежно стимулирует в природе людей звериные страсти, которые всегда найдут себе выход либо в одном, либо в другом.

В данном случае сие коснулось крепостного права, как основы государственности. В то же время, царь понимал, что всё то, что от Бога есть, отменить не возможно – Оно не зыблемо. То есть, оное, в любом случае, останется как жизнеутверждающая сила. Рухнет омертвелое, не способное к борьбе или только то, что действительно мешает жить народу и его верному слуге, как помазаннику Божьему. Иными словами, все отжившее лишено возможности движения и откалывается, как короста от живого тела. Общество надо постоянно шевелить, чтобы многое не задерживалось подолгу и не застревая ушло через это жизненное «сито», то есть далее после этого следовало бы вновь вернуть в исходное и закрепить жизненный порядок вещей, что мы и видим. Так как реформы в этом смысле несли в себе зло, то быстро потеряли свою значимость. Поэтому Александр Третий начал антиреформы и закрепил законодательно крепостные порядки и при этом поставил помещиков в зависимость от государства, на службу. Несмотря на видимое противоречие в ведении внутренней политики, оное является лишь внешним проявлением продуманной, глубокой, внутренней борьбы с силами бездны, а точнее с теми, кто более всего оказался причастным к силам ада, разрушающих всякую государственность. Иными словами, если конец победоносный, то даже самые откровенные ошибки становятся частью задумки одного гениального плана. Начинание, пусть даже самое противное идее служения государственности имеет созидающее начало лишь в одном случае, когда это начинание подхватывают Божественные Силы, ибо тогда даже дьявол оказывается на службе людей, несущих в себе Бога. И наоборот, начинание пусть даже самое пособляющее делу государственности, но подхваченное силами злобы, уничижается. Поэтому виноват всегда не тот, кто начал, а тот, кто закончил. Оба монарха являлись освободителями от мракобесия, как способ уничижения животной природы.