Каббалисты Цфата

Хасиды-паломники посетили и сефардскую синагогу АРИ’заля, носящую также имя «Гилуй Элиягу га-Нави» – «Откровение пророка Элиягу», поскольку, согласно преданию, пророк являл себя там тем, кто этого был достоин. Гости не застали Элиягу, но зато познакомились со служкой синагоги по имени хахам Биньямин, который заботился о том, чтобы там постоянно горел светильник, и заведовал фондом пожертвований.

Сефардская синагога АРИ

– Вот вы удивляетесь, каким образом эта синагога устояла, – сказал хахам Биньямин, когда вошедшие выразили изумление по поводу хорошего состояния синагоги, просто невероятного на фоне сплошных развалин, в которые превратило Цфат землетрясение, произошедшее несколькими годами раньше.

– Действительно, здание сохранилось чудом, – продолжил он, – однако потолок все же был поврежден, а у меня не было возможности его чинить, потому что я был тогда прикован болезнью к постели. Вылечил меня не кто иной, как сам АРИ’заль.

Последняя фраза прозвучала странно: ведь к тому времени АРИ’заля уже почти двести лет как не было в живых.

Путники окружили хахама Биньямина и слушали, затаив дыхание[4 - См. иллюстр. «Сефардская синогога АРИ В Цфате».]. – Синагога приходила в упадок, а я болел и ничего не мог предпринять, и вот однажды приснился мне сон, будто прихожу я сюда, в синагогу, проверяю, горит ли светильник, и застаю у восточной стены человека, который сидит себе с книгой – так, словно это его постоянное место. Сердце подсказало мне, что этот человек – АРИ’заль. Я подошел к нему поближе. Он был закутан в белое покрывало и выглядел лет на тридцать пять. Борода его была густой и черной, лицо – очень красивым.

– Кто ты, уважаемый господин?» – обратился я к нему во сне.

– Рабби Ицхак Луриа Ашкенази, – сказал он.

Я пожаловался ему на нездоровье. Он ответил мне поначалу строго:

– А то, что моя синагога запущена, тебя не беспокоит? Скоро начнутся дожди, через дыру в потолке все зальет водой, и стены покроются плесенью!

– Денег на ремонт нет, господин мой.

И я совсем больной.

– Дети забегают сюда поиграть, как будто это – пустырь. По-твоему, так подобает относиться к синагоге? Я не прошу держать помещение закрытым, но, по крайней мере, мою нишу, мое постоянное место ты должен будешь замуровать.

– Как мне сделать это, ведь я болен, уже три месяца не встаю с постели! – сказал я. – Дай мне руку, – был ответ.