ИЗ УДЕЛА БОЖИЕЙ МАТЕРИ. (Ностальгические воспоминания)

Навалившись на борт на самом носу корабля, я весь прикипел к ней взглядом, наблюдая, как во всем своем величии она выплывает из моря. Она настолько потянула меня к себе, что я невольно стал искать способ помочь кораблю ускорить свой ход. Вскоре мы подошли ближе. Один за другим стали появляться монастыри – неприступные крепости, построенные, чтобы быть многовековым свидетельством веры и стремления человека к Богу.

С тех пор как мне исполнилось четырнадцать лет, живописные рассказы двух афонских подвижников, иеромонахов Паисия и Хрисанфа, составили в моей душе образ Святой Горы как такого места, которое, находясь на земле, достигает неба.

Пламенная любовь к этому святому месту подтолкнула меня к решению уйти туда и поселиться там навсегда. Я принял это решение сам, никому ничего не сказав.

Мы пристали в Дафни [2 - Дафни – главный порт Святой Горы. (Здесь и далее примечания переводчика.)]. Несколько лодок на веслах приблизилось к кораблю, чтобы забрать пассажиров. Едва моя нога коснулась суши, как первой моей заботой стало преклонить позади какого-то старого здания колени и с благоговением облобызать эту святую землю.

И я выполнил свой обет, данный когда-то: «Если Божия Матерь удостоит меня когда-нибудь попасть на Святую Гору, то первое, что я сделаю, – это облобызаю ее землю».

Первым делом я отправился в Карею [3 - Карея – административный центр Святой Горы, в котором находятся Священный Кинот, представительства монастырей и государственные учреждения.] – столицу Святой Горы, где мне нужно было получить диамонитирион [4 - Диамонитирион – документ, дающий право въезда и пребывания на Святой Горе.

] – документ, обязательный для всех паломников. По пути я не мог насмотреться на необъятные густые леса, источники с кристально чистой водой. Мною овладела какая-то торопливость, любопытство увидеть, услышать, узнать как можно больше об этом святом месте, которое так волновало, так притягивало меня с детских лет.

Монахи, которые встречались мне по пути, с котомками за плечами и четками в руках, оживляли во мне рассказы, услышанные с ранних лет.

Карея утопала в зелени. Стояла августовская жара, однако душистый ветерок повсюду разносил прохладу. Вечером я остановился в одной гостинице. Это был мой первый вечер на Святой Горе.

Утром я опять пешком пошел в Дафни. Там толпилось множество рыбаков, монахов, жандармов [5 - Афон имеет свою собственную жандармерию, которая призвана следить за порядком на Святой Горе.], рабочих.