ИЗ УДЕЛА БОЖИЕЙ МАТЕРИ. (Ностальгические воспоминания)

Уста его все время шевелились – конечно, он читал «молитву» [11 - Здесь и далее имеется в виду так называемая молитва Иисусова: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного».]. Видя его сосредоточенность, я не хотел мешать ему, хотя и горел желанием побольше порасспрашивать его обо всем.

Я был в Святой Анне! Это казалось сном и неправдой. Мы свернули на маленькую тропку, миновали густые заросли, в которых было разлито благоухание миртового дерева и виноградника. Прошли мимо высоких кустов фасоли и оказались перед дверью, какие бывают в сельских домах.

Мы поднялись на две-три ступени и потянули за шнурок, к концу которого была привязана какая-то катушка. Послышался звон колокольчика.

Вскоре дверь отворилась и появился средних лет монах, одетый в старый подрясник, босой, в сильно изношенной скуфье. Его лицо сияло радостной детской простотой. Он внимательно посмотрел на меня и сказал:

– Ты, наверное, Георгий?

– Да. Откуда вы меня знаете?

– Я узнал тебя по тому, как мне описал тебя мой брат, отец Иоанн.

Познакомившись, мы поблагодарили моего проводника, которого я, сколько прожил на Святой Горе, больше ни разу не видел. А мне очень хотелось бы его повидать. Его вид выдавал в нем очень собранного монаха.

Мы вошли в старое и скромное строение, где, скорее всего, первым помещением была церковь келии. Отец Аверкий – так звали монаха, который меня встретил, – открыл мне дверь храма, чтобы я приложился к иконам. Церковь была в честь Иоанна Крестителя.

Я с великим благоговением приложился ко всем иконам иконостаса.

Я впервые был в церкви афонской каливы. Мое внимание привлекли аналой, которым служила первая стасидия в правой части храма, светильник, старые византийские иконы, стасидия с двойным сиденьем. Ладан, воск и масло создавали внутри особый аромат.

Велика была моя радость. Передо мной стоял отец Аверкий, о котором я столько всего слышал от его брата. Самым впечатляющим было то, что он пришел на Афон в возрасте девяти лет! С тех пор он ни разу не возвращался в мирскую суету…

После храма мы пошли в простой и бедный архондарик.

Отец Аверкий удалился, чтобы принести мне традиционное афонское угощение: лукум, кофе и раки [12 - Традиционный алкогольный напиток, напоминающий анисовую водку.]. В это же время я услышал шаги на лестнице и подумал, что это отец Иоанн. Я был прав, услышав мой голос, он спустился, чтобы поприветствовать меня. В руках у него был букет цветов.