Ведьма: Обреченная жить

Следователь был всегда в тонусе.

– Яра… – она разрешила Никите называть себя настоящим именем.

– Пойду собираться, – рванулась, но крепкие мужские руки ловко подхватили лёгкое тело и усадили на стол.

– Не капризничай, – Быстров потерся небритой щекой о лицо своей синеглазки.

Его руки скользили по ее коже, полностью сметая весь здравый смысл. Миг, и домашние брюки полетели на пол. Следующий, и девушка вскрикнула от чувства наполненности. Толчок, и воздух в ее лёгких мгновенно испарился. Откинувшись и опершись на руки, позволила ему все, что он хотел.

Сплетённые потные тела, одно дыхание на двоих и сладкие стоны сделали утро терпким, словно корица в горячем капучино.

Спустя час они мирно попивали кофе, довольные и удовлетворенные.

– Ты теперь там постоянно работать будешь? – спросил мужчина.

– Пока Каин не найдет менеджера.

– И как скоро?

Ева пожала плечами. Внезапно ее обдало волной ледяного воздуха. Словно крылья, пролетевшие совсем низко и едва коснувшиеся кожи.

Ледяные, темные, шепчущие что-то нечленораздельное.

– Что ты сказала? – спросил Никита.

– Я молчала.

– А что… ладно, забудь. После всей этой сверхъестественной херни нервы ни к черту.

Ева вновь ощутила прикосновение тени. Что за ерунда? Кожа мгновенно покрылась мурашками. Девушка машинально отмахнулась.

– Ты чего? – Быстров заглянул в синие глаза своей синеглазки.

– Все нормально.

Этим Ева дала понять, что не намерена сейчас откровенничать. Ей вообще было тяжело открыться.

Ведь девушка до сих пор сильно переживала смерть колдуна. Следователь довёз синеглазку до «Венефики». Заглушив мотор, взглянул на Еву. Его сильно беспокоило состояние девушки, но она, словно еж, отталкивала любые попытки залезть к ней в душу.

– Я не знаю, сколько придется все восстанавливать. Сможешь вечером добраться на такси? Или Ч… – Быстров осекся, – Вуда попроси отвезти тебя ко мне.

– Она там будет? – вдруг спросила Ева, ощущая растущую внутри волну гнева.

Какого лешего? Девушка понимала, что с Людмилой у Никиты все давно кончено.

Но вдруг старая ревность дала о себе знать горячей вспышкой, сжигающей сердце. Такой смеси боли и ярости она никогда не испытывала.

– Не знаю, – Быстров пожал плечами, – она фельдшер, а медики всегда нужны.

– Точно? – она заглянула прямо в глаза своему мужчине

– Между мной и Людой все кончено Яра. Она с твоим братом, забыла?

– Надеюсь, – Ева вновь ощутила дичайший прилив ревности.