Среда обитания – Космос

Пришло время сменить путь, по которому я шла (пер. с англ.).

    Doro – «Everything lost»

Улыбка симпатичного темно-русого парня с бледно-зелеными глазами показалась Саманте несколько натянутой.

– Сегодня кто-то уйдет в отрыв?

– Вроде того. Если ты не против, – девушка вопросительно взглянула на него. – Нас разделяет целая прорва парсеков, но твою кислую моську я вижу. Что происходит?

– Завидую, – пожал плечами ее собеседник. – Ты снова уходишь в открытый космос. А я еще пять лет должен торчать на Каллисто.

– Поверь, за иллюминаторами нет ничего интересного.

– Да иглоплюв* с ними. Ты служила на «Бисмарке». Скажешь, тебя не интересовал поначалу каждый отсек корабля?

– Нет, – поморщилась Саманта. – Разве ты не знал, как я ненавижу эти металлические гробы? И с чего ты взял, что членам экипажа позволяется бродить, где вздумается? Военная дисциплина, знаешь ли, штука суровая. И не напоминай мне про «Бисмарк».

– Извини.

– Прошло три месяца. Всего три. Я до сих пор вижу в кошмарах бареллитовые шахты.

Давай поговорим о чем-нибудь другом.

– Рад, что ты нашла работу.

– Я тоже. Я люблю Соммер и ненавижу свою профессию, но девяносто два дня отдыха – это слишком даже для меня. Да и дед не хочет, чтобы я долго торчала на одном месте. Он еще сам не определился, как представлять меня окружающим: внучка, кузина, служанка. Ты же понимаешь, после Гаапта…

– Угу. Ну так что за корабль?

– Судя по записям, какая-то букашка из исследовательских.

Я даже названия не запомнила. Какой-то древнегреческий деятель, что ли. Знаешь, мне повезло. Их вакансия висела в сети три дня. За это время прошения могли подать сотни кандидатов. Но они выбрали меня.

– Как прошло собеседование?

– Его не было.

– То есть? – нахмурился мужчина.

– Я заполнила бланк, отправила им. Через полчаса пришел ответ со словами «Вы наняты», и приказ явиться завтра в десять утра по местному времени.

– Мне это не нравится.

– Брось, Макс. До чего ты любишь везде подвохи искать.

– У меня опасная профессия, ты знаешь, – ухмыльнулся Макс. – За вредность мне должны предоставить пенсию по инвалидности в сорок лет.

– Если доживешь, – фыркнула Саманта. – Ладно, Максик, мне собираться пора. Начищу перья и двину в какой-нибудь захудалый клубешник.

– Только не увлекайся. Я тебя знаю.

– Не нуди. Я три года торчала на рудниках, где вокруг меня были лишь горы бареллита*, гааптяне и замученные люди.