Среда обитания – Космос

Несмотря на заранее спланированную масштабную эвакуацию, погибло больше 70% населения затопленных городов.

Пришла эпоха постоянных торнадо, массированных пожаров, раздирающих земную кору землетрясений и стометровых цунами.

Уцелевшая часть Европы загибалась от засухи. Африканский континент забыл о нехватке воды – непрекращающиеся дожди превращали песчаные дюны в гнилостные болота.

Зато на игнорирующую большинство войн и мировых скандалов Австралию снизошло благословение. Центральная область материка превратилась в цветущие пастбища.

Пустыни Гоби, Мохаве и Черные земли* завалило снегом.

И все это происходило на фоне нескончаемых местечковых войн, как самых обычных, так и биохимических, критического перенаселения и маячившего на горизонте всадника на коне вороном – голода.

Вот тогда-то и вспомнили о НАСА, Роскосмосе и чудом выжившем Европейском космическом агентстве. Климатическая катастрофа ознаменовала собой новую эру – эру освоения человеком Млечного Пути.

Подстегиваемые деньгами, которые лились от всех действующих правителей земного шара, а также осознанием скорой гибели человечества, Федеративные штаты Америки и Российская конфедерация нашли общий язык и поддержали слияние своих космических структур.

Так родилась SARA – новая корпорация, Научная Ассоциация России и Америки по изучению космоса*.

И началась космическая эпоха.

Люди летали меж звезд тяжело и неохотно. Иной раз, чтобы добраться до удаленной планеты, на транспортном ковчеге сменялись поколения.

А если расчеты оказывались не совсем верными, и новый дом был непригоден для жизни, приходилось лететь обратно. Туда, где их земли и дома давно заняты другими семьями, туда, где их никто не ждал. Правда, чаще всего корабли вместе с пассажирами и экипажами пропадали без вести. То ли хрупкость техники, то ли прожорливость инопланетной фауны.

Так продолжалось до тех пор, пока два ковчега с немецкими эмигрантами не наткнулись на Гаапт. Климату до комфортного далековато, непривычная длина солнечного дня, сила тяжести вдвое больше земной, страшненькие аборигены.

Все это многих других подвигло бы на разворот и бодрый чёс до дома. Но только не немцев.

Миллеры и Шульцы остались. Наладили контакт с местным населением, которое оказалось пусть и уродливым снаружи, но миролюбивым внутри. Однако для гааптян было бы лучше, если б они сожрали всех первопроходцев. Но увы, их раса травоядна.

Переселенцы наткнулись на бареллит.