Наяву

Я разговариваю с тобой, советуюсь о том, чего, как мне кажется, я не знаю.

Наверное, когда-то в прошлых жизнях мы были вместе, и ты был бесконечно важен для меня. И сейчас, когда я так одинока, ты спасаешь меня от холода и пустоты, подкрадывающихся к сердцу, даже когда в жаркий летний день я окружена людьми. Не удивляйся. Да, я не одна, но одинока. Так бывает. Все, кто меня окружают, как параллельные прямые, находящиеся со мной в одной плоскости – нет единения, нет слияния, нет перетекания. А я точно знаю, что такое возможно, и даже больше.

И мне кажется, что именно это – и есть любовь.

Так я ощущаю тебя. Ты как будто за моей спиной. Ты – мои ангельские крылья. Наши сердца бьются одинаково, чувствуют одинаково. И ты не моё дополнение, с тобой меня становится больше. Ты не моя половинка, мы два целых, создающие общность. Не существует только «ты и я», есть «мы».

Я испытала это в одном из путешествий.

Помню залитый светом белый зал. В центре на возвышении стоял стол из серо-белого камня с углублением, повторяющим контуры человеческого тела.

По четырём сторонам вокруг него возвышались цилиндрические белые колонны, увенчанные светящимися кристаллами. Между ними, создавая восьмиконечную звезду, располагались серебряные кубы с чашами, в которых дымились травы, и повсюду разносился необычайный, движущийся аромат. Он как будто перетекал в пространстве, окутывая всё, что встречал на своём пути. В какой-то момент я услышала, как где-то за пределами зала зазвучали барабаны. Вибрация их ритмов наполняла пространство. По стенам струилась вода. Игра кристаллов и света отражалась в ней, как танцующая радуга. Заполняя пол, вода как будто объединяла всё вокруг.

На столе лежал старец в длинном белом ионийском хитоне, расшитом странным золотым узором из лепестков, цветов, веток и символов. Мне показалось, что это древние письмена. От него исходил нежный мускусный запах. Поражала бледность его кожи и тонкие черты лица: длинные ресницы, брови, разлетающиеся как взмах крыльев невидимой птицы, прямые губы с лёгкой улыбкой.

Волосы ниспадали на плечи. Голову охватывал обруч, увенчанный на лбу крупным овальным янтарем. Длинные пальцы сплетались на груди.

Не знаю, что я там делала, но внутренний голос велел подойти к нему и оживить. Волна смятения заполнила мой разум непониманием происходящего.

«Неужели он мёртв?»

Я как будто слышала тихое биение его сердца внутри себя. Два сердца – его и моё – как ритмичная мелодия звучали во мне.