Тупики психоанализа. Роковая ошибка Фрейда

Для него были привлекательнее кропотливые исследования с помощью микроскопа, чем практическая работа в больнице. Он продолжал в институте Брюкке изучать развитие спинного и головного мозга и опубликовал три статьи в неврологических журналах. С 1884 года стал исследовать воздействие кокаина и выяснил, что он может снимать усталость, смягчать депрессию, лечить от морфиновой зависимости. Он и сам принимал кокаин. Но вскоре выяснилось, что этот препарат тоже вызывает наркоманию.

В 1885 году он успешно прошёл конкурс на место приват-доцента по неврологии в Венском университете и прочёл первую лекцию: «Медуллярные (костномозговые) области головного мозга».

Его кандидатуру горячо поддержал сам Брюкке.

Став приват-доцентом, он получил стипендию на заграничную поездку и четыре с половиной месяца стажировался в парижской клинике под руководством невролога Жана-Мартина Шарко, который использовал гипноз при лечении психических заболеваний. Здесь Фрейд узнал, что многие психические болезни связаны с нарушениями в половой сфере.

Тогда же он вдохновился идеей о громадном значении для человека неосознанных переживаний, впечатлений, а также сексуального влечения («либидо»).

Зигмунд Фрейд освоил несколько медицинских специальностей (в те времена это ещё практиковалось). Но всё определённей сказывалось прежнее увлечение философией: его наиболее интересовала близкая к ней область знаний – психология.

Судя по детским и юношеским амбициям Фрейда, в молодости у него была затаённая мечта о великих теоретических открытиях.

Но для этого у него – да простят меня его поклонники за такое предположение! – не хватало творческого потенциала.

Такое предположение может показаться нелепым. Ведь он был начитан в разных областях знаний, имел немалый опыт как лабораторный исследователь, опубликовал несколько научных статей, в 29 лет стал приват-доцентом, всегда был отличным учеником.

Последнее обстоятельство, по моему мнению, затрудняло проявлять творческие способности. Он избрал традиционный путь «научного работника», но не новатора.

В отличие от него, скажем, Чарлз Дарвин прошёл великолепную научную школу самостоятельных исследований во время долгого кругосветного путешествия. Фрейду приходилось вести преимущественно рутинную «подсобную» лабораторную работу, которая вряд ли доставляла ему удовлетворение.

А ведь проблема развития нервной системы и головного мозга (цефализации) в теоретическом аспекте была и отчасти остаётся теперь слабо изученной.