Симфония по творениям святителя Феофана, Затворника Вышенского

Мы молимся вместе со всеми, кто провожает его в путь всея земли, да упокоит Господь душу покойного служителя алтаря Господня в селениях праведных, где нет ни болезни, ни печали, ни воздыхания, но жизнь бесконечная. Царствие Небесное и упокоение со праведными новопреставленному архимандриту Георгию». В телеграмме епископа Майкопского и Армавирского Филарета (Карагодина) архимандрит Георгий (Тертышников) назван одним из «лучших иноков Сергиевой Лавры».

Молящихся при отпевании присутствовало множество, но при этом не было никакой сутолоки и суеты. Атмосфера в храме была необычайно спокойной и умиротворенной. Проникновенно и слаженно пели хоры. Боль утраты смягчалась духовной радостью, какая бывает при смерти святых людей. Солнечный луч, проникнув в окна с южной стороны собора, в конце отпевания осенил гроб с телом батюшки. И было радостно, что и природа радуется еще одному праведнику, отходящему ко Господу.

Когда гроб с телом почившего был вынесен из Успенского собора, сотни людей следовали за ним под заупокойный звон лаврских колоколов.

Казалось, что не в скорбный последний путь провожают они батюшку, а в небесные обители: так торжественно и глубоко звучало «Святый Боже».

На лаврском подворье, у стен храма Нерукотворного Образа в селе Деулино, обрело место покоя многотрудное тело дорогого батюшки отца Георгия.

Знаменательно, что последние написанные отцом Георгием строки были посвящены также святителю Феофану. Начатая рукопись осталась незавершенной и лежала на рабочем столе келии отца Георгия в день его кончины. Читая ее, невольно замечаешь, что размышления и чувства отца Георгия по поводу отшествия в жизнь вечную великого наставника и учителя – святителя Феофана – очень близки нашим сегодняшним переживаниям, вызванным безвременной кончиной дорогого архимандрита Георгия.

Вот выдержки из его последней работы: «Все, кто только знал о почившем святителе, для кого он был незаменимым руководителем, кто обязан был ему сокровищами ума, кто находил у него утешение в скорбях, ободрение и помощь в подвиге жизни, а таковых много-много на святой Руси, – все они глубоко чувствуют свое сиротство, свою незаменимую потерю.