Я не отдам тебе детей

– Вы готовы ждать несколько месяцев? – с улыбкой спросила служительница богини.

Вертон замер. Ему показалось, что эта женщина издевается над ним. В её глазах отражалась луна, создавая озорные блики.

– Вы шутите? Не думаю, что она останется в четырёх стенах до самых родов.

– Вовсе нет. Амматиса Тимара два часа назад отправилась в паломничество. Она вернётся примерно через три месяца. Это долгий срок, кин, вы уверены, что хотите ждать?

Вертон почувствовал ярость и… страх. И последний был куда сильнее ярости.

Пусть эта рыжая пытается сбежать от него. Пожалуй, находись Вертон в её положении, он и сам попытался бы скрыться где-нибудь, но почему она не подождала утра? Ночная дорога – не самое безопасное место!

– Куда она отправилась? – коротко спросил он, готовый сорваться сразу же, как получит ответ.

– К горам Скорби и Радости… – растерянно ответила жрица.

Похоже, она хотела сказать что-то ещё, но Вертон уже не слышал. Ощущение того, что с матерью его ребёнка может случиться что-то ужасное, пока он выясняет детали, гнало вперёд, словно степной пожар табун диких лошадей.

Добравшись до конюшен, он быстро оседлал гиппогрифа и взмыл ввысь. Город ярким пятном остался внизу, переливаясь нежными всполохами огней и цветными вспышками магии. Храм Эрешты окутало незаметное снизу, но отчётливо видимое с высоты бирюзовое сияние. Жрицы говорили, что это признак того, что богиня посылает благодать храму, её ведь цвет.

Но кто знает, может быть, это их магия, а не божественное знамение?

Вертон покрутил головой из стороны в сторону. Это совершенно неважно! Нужно найти Тимару, пока не стало слишком поздно. Он всмотрелся в рыжие пески, окрашенные луной в серебро, в гребни барханов, отбрасывающих короткие чёрные тени, напоминающие зубы неведомого хищного зверя.

Тишина, спокойствие. На высоте немного завывает ветер, но там, внизу, всё в порядке.

«Где же тебя искать, рыжая бестия?» – грустно подумал Вертон.

На мгновение ему показалось, что из души вырвали кусок чего-то очень важного, незаменимого. И это не нравилось торговцу. Он привык к самостоятельности и отсутствию таких естественных для многих потребностей, как внимание, прикосновения.

Яркая вспышка в паре километров от города заставила Вертона вздрогнуть. Он прищурился и послал туда гиппогрифа. Хорриан заклекотал и покорно понёс всадника в указанном направлении.