Сердце в осколках

Какая разница? Разбитая, истерзанная, разорванная в клочья, помятая, уничтоженная я поднялась и шатаясь пошла домой.

Оказывается, уже наступила ночь. А значит дома будет скандал, ведь я ушла и так надолго пропала.

В подъезде машинально поправила одежду, убрала листья, запутавшиеся в волосах, и постучала в дверь, чтобы не разбудить сестренку. Бабушка открыла. Шепотом стала отчитывать за то, что я так поздно явилась. Не знаю, сколько сейчас времени. Мне все равно. Я закрылась в ванной прямо перед ее носом, посмотрела в зеркало.

Глаза красные, зрачки сужены в точку, как у наркоманки. Лицо бледное, перепачканное в земле, как и платье. Губы искусаны в кровь.

Сняла одежду, нижнее белье и с остервенением начала все это стирать хозяйственным мылом. Все следы того, что произошло в том ужасном парке. Сказать нельзя. Обвинят. Я буду виновата. Буду молчать. Мне так проще.

Закончив со стиркой, я так же пыталась отмыть себя. Сначала мочалкой, потом даже пемзой потерла. Больно. Но эта боль ничто в сравнении с тем, что творится у меня внутри.

После душа вывесила на балкон одежду, выпила стакан воды и легла на пол. Мне стыдно сейчас лечь на одну кровать с ребенком. Это слишком мерзко.

На следующий день чертовы туфли надо было забрать из мастерской. Я одна не пошла. Страшно. Бабушка пошла со мной, все равно ей нужно было на рынок. В том павильоне Дениса не оказалось. Дрожащим голосом я спросила у мастера, где его напарник. Он только плечами пожал. Сказал, что парень был на подработке и больше не вышел.

Закрывшись в себя и вздрагивая от мужских голосов, я прожила пару месяцев. В голову лезли разные мысли одна изощреннее другой. Не знаю, как я выжила. Девочка для удовольствия! Значит можно просто взять и использовать?! Выходит так…

Медленно стала возвращаться в реальность. Дома никто не заметил изменений. Я улыбалась, даже разговаривала с ними. Занималась сестренкой, а внутри было пусто.

Еще через месяц я открыла утром глаза, посмотрела на солнце за окном и поняла, что так дальше продолжаться больше не может.

Я должна справиться с этим. Только я могу себе помочь. Должна доказать уродам, окружающим меня, что со мной нельзя так обращаться.

Осталась самая малость – разобраться, как это сделать. Как найти и вернуть себя?

Огромных усилий мне стоило сделать себе завтрак. Творог и чай. Но стоило съесть этот кисломолочный продукт, как меня вывернуло наизнанку. Еле успела добежать до туалета.

– Не свежий что ли? – пришла в голову первая мысль.