Я загадала папу

В ее животе жалобно урчит. Мой желудок тоже напоминает, что я кроме кофе с утра еще ничего не ел.

– Чай будешь? А то я не завтракал еще. Одному скучно, – прохожу к своему столу, достаю шоколадку из верхнего ящика. Для Инги покупал. Отдать забыл.

– Буду, – немного посомневавшись отвечает мелкая.

Делаю нам чай. Ставлю перед ней одну из высоких кружек. Не знаю, пьют ли дети чай такими объемами, но другой у меня все равно нет. Вася шуршит фольгированной упаковкой, сосредоточенно ломает плитку на дольки, раскладывает их в форме елочки.

– А теперь рассказывай, – не трогаю шоколад, чтобы не нарушать композицию. Она тоже не спешит его есть. Грустно смотрит и водит пальцем по кусочкам. – Почему «Вася»?

– Мама так называет. Я Василиса, как в сказках, – гордо поднимает курносый носик.

– Антон, – представляюсь в ответ, опуская отчество. – Мама взяла тебя с собой на работу?

– Маму взяли на ста-жи-ров-ку, – произносит по слогам еще одно сложное слово. – Так она сказала. А меня оставить не с кем.

Баба Люба, наша соседка, опять заболела. Но мне кажется, она просто притворяется, чтобы со мной не сидеть. Вредная старушка так иногда делает, а мамочка мне не верит и бабе Любе варит бульон в выходные. Бесплатно! – возмущается ребенок.

Смотрю на нее и столько мыслей странных в голове вертится. В прошлой жизни я очень семью хотел. И мой сын или дочка сейчас могли быть чуть старше этой крохи. Не получилось…

Мотаю головой отгоняя тяжелые воспоминания. Позже порефлексирую.

– Как зовут твою маму? – возвращаю свое внимание Василисе.

– Снежана. У нее волосы такие светлые – светлые, – с восторгом рассказывает малышка. – На снег похожи. Мне иногда нравится называть ее Снежинкой, когда она не слышит, – понижает голос до шепота.

– А когда слышит, как ты ее называешь? – становится и правда любопытно.

– Мама, мамочка, – еще шире и теплее улыбается девочка. И в этой улыбке отражается вся чистая, искренняя и такая настоящая любовь ребенка к своей матери, что цепляет даже меня, «бесчувственную скотину», как выразилась Инга.

– А папу? Для него есть тайное прозвище? – задаю стратегический вопрос. Сам пока не знаю, зачем. Вырвалось.

Да какого черта? Не-не-не. Я зарекся от серьезных отношений, а всякие Снежинки для других не подходят. Тем более с ребенком. Тут без вариантов. Забыли, Завьянов! Твой максимум сейчас, это шоколадки для секретарши, но и ее вы тут на пару с малой уже сожрали. Романтик!

– Нет, – Вася крутит головой.