Я загадала папу

Я рассказываю о вредных преподавателях и как сложно было сдавать экзамены. Спала мало, зубрила много, а еще работа. Теперь вот буду целыми днями валяться на кровати. А еще Рома обещал приехать. Об этом я тоже сообщаю маме с папой. Они многозначительно переглядываются, но молчат. Он им обязательно понравится, пусть даже не сомневаются!

А вечером он звонит.

– Привет, Снежинка, – его голос, как и всегда, пробегает морозными мурашками по коже. – Как добралась? – на заднем фоне слышу голоса и какой-то шум. Понимаю, что Ромка не дома и похоже, не совсем трезв.

– Нормально. Ты там мой отъезд празднуешь? – прячу за смехом легкое волнение.

– Не говори ерунды. Это я от тоски, – тоже смеется. – С парнями встретились, решили пива попить. Убиваю вечер без тебя.

– А экзамены?

– Я все сдам, не волнуйся. Родителям привет. Надеюсь, что скоро увидимся.

Ромку громко, специально для меня, зовет Женька, узнаю его голос.

– Ладно, отдыхай. Позвонишь мне завтра?

– Постараюсь, Снеж. Завтра первая встреча на работе у отца.

Пока не знаю, во сколько освобожусь.

– Я люблю тебя, – шепчу в трубку.

– Пока, – он снова не отвечает. Просто сбрасывает звонок.

Обняв старого плюшевого медведя с погрызенным ухом, крепко жмурюсь, чтобы не заплакать. Мне обидно, что «люблю» он жарко шепчет мне только в постели и разговору со мной сейчас предпочел друзей. Наверное, я придираюсь. Должно же быть у парня свое личное пространство. Пусть. Он соскучится и быстрее приедет.

Ночью, под завывания холодного ветра за окном, совсем не спится и в голову лезут странные мысли, которые разгоняют пульс до немыслимых скоростей.

Снова пытаюсь вспомнить, когда были последние месячные. Не могу!

Надо бы купить тест, убедиться, что я себя накрутила и спать спокойно, а то не каникулы будут, а сплошная нервотрепка.

В поселке, где тебя знает каждая собака, сделать это тайно совсем непросто. В местной аптеке работает наша соседка, живущая через пару домов. Мне вопросы задавать может и не станет, а вот родителям обязательно доложит.

Страшно их разочаровать, но утром я решаюсь и под предлогом, что у нас закончился хлеб, бегу на центральную улицу за своим «успокоительным».

Нарезаю круги вокруг отдельно стоящей одноэтажной «коробки» с мерцающим крестом на стене. Захожу в магазин через дорогу за свежим хлебом. Здесь меня тоже знают. Продавщица спрашивает, как живется в городе и смогу ли я помочь ее дочке освоиться, когда та поедет поступать в следующем году.