Уж замуж невтерпеж

Когда молодых вели по улице, перед ними бежали человек пять женщин или мужчин, не разобрать, так причудливо они были разодеты и раскрашены, живописные лохмотья, немыслимые шапки, разнокалиберная обувь… Ряженые плясали, пели препохабные частушки и наливали всем встречным самогон из чайников. «Напролет, напролет, хрен летит, как самолет!..» – визгливым нестройным хором пели ряженые, им подпевали выпившие бабульки, бодро ковылявшие следом за свадебным кортежем.

Гуляли несколько дней, столы были накрыты и у жениха, и у невесты.

Моя бабка принимала во всем этом весьма деятельное участие, поэтому я тоже был допущен во двор, где стояли бесконечные столы, покрытые клеенкой, из летней кухни туда-сюда бегали тетки, таскали тазики с котлетами и картошкой, гигантские формы с холодцом, шматы сала, буханки хлеба… Остро пахло квашеной капустой и огурцами. Бабка на ходу совала мне то пирожок, то кружок колбасы. На заборе висели мои друзья и глазели на происходящее с немым восторгом и искренним любопытством.

Кажется, в тот день меня окончательно просветили относительно полового вопроса. То есть коротко, ясно и конкретно на пальцах объяснили, что куда, кто и кому.

Если я чего и недопонял после частушек, то теперь у меня больше не оставалось ни иллюзий, ни белых пятен. Невеста и жених вызывали во мне стыдное отвращение. Да и вообще все люди. Принарядившиеся, еще недавно такие торжественные, чинные, благостные, они после многочисленных тостов, возлияний, обжорства превратились чуть ли не в свиней.

«Желаю моей доченьке сладкой первой ноченьки…» – громко взвизгивая, спела Светкина мамаша напоследок.

Я устал, объелся, перегрелся на солнце, был переполнен впечатлениями, так что ночью не мог уснуть, а когда проваливался в сон, то снилась мне кошмарная жуть.

И еще мне было очень жалко девочку Валю. А что, если с ней произойдет то же самое, что и с ее сестрой? Как так можно с живым человеком! О женихе я, пожалуй, вообще не думал. Он для меня был неким фантомом, как будто и не существовавшим вовсе.

Кажется, после той свадьбы меня как-то очень скоро забрали домой, то ли потому, что я заболел, то ли потому, что лето кончилось…

Потом я повзрослел, свадеб бояться перестал. Проходя мимо ЗАГСа и видя подъезжающие машины, встревоженных родственников, ошеломленных женихов и невест с невероятно глупыми от счастья лицами, я равнодушно отворачивался или, если был не один, а молодые выглядели уж очень нелепо, насмехался.