Кордон. Книга вторая. Незаконнорожденный

– Так, значит, это Тук был тем самым рыцарем?

– Ну, начнем с того, что я могу, сопоставляя факты домысливать всё остальное, если не знаю правды, – вдруг произнес Оракул. – Плесни мне тоже похлебки, пока отец не видит. Знаешь, после рагу во мне разыгралось сумасшедшее желание вспомнить вкус еды. Хотя она мне, по большому счету, не нужна. Но эта… Эта выше всяческих похвал!

Химель разлил по тарелкам похлебку и одну из них, самую маленькую, поставил возле зеркала, затем слегка прикрыл его гобеленом и сел за стол.

– Отец, кушать подано! Отдохни немного, тут твоя знакомая повитуха нам похлебку приготовила!

Тук, не поворачиваясь к сыну, от неожиданности разжал руки, и на каменный пол упал кристалл. Затем старик достал фляжку и судорожно сделал несколько глотков медовухи.

– Ой, я, кажется, лишнего опять сболтнул? Ой, что теперь будет? – Химель съежился в ожидании неприятностей и медленно сполз под стол, так как странное выражение на лице отца не сулило ничего хорошего.

***

Но, к удивлению Химеля, отец просто сел за стол и начал молча есть.

– Ты что, ложку уронил? Чего там сидишь?

– Ложку? Да, пожалуй. Я уронил ложку, вот нашёл уже, – Химель, всё еще недоверчиво поглядывая в сторону Тука, сделал вид, что все нормально, и показательно вытер ложку рукавом. – Наваристая! Что за рецепт такой? Вроде бы, похлебка как похлебка, а такая вкуснотища!

Но отец продолжал молча поглощать содержимое и только искоса поглядывал в сторону зеркала.

– Я ни при чем, – раздался голос из-под гобелена. – Я всегда говорю только правду.

– Да кому она нужна, твоя правда? – Тук не выдержал и запустил в зеркало ложкой.

– Правда – это истина, а истина не нуждается в одобрении. Она есть величина неизменная и постоянная. Ни короли, ни ведьмы, ни магия, ни само время не могут повлиять на истину. Только и могут, что скрыть, и то не навсегда.

– Да помолчи ты уже! – Тук встал из-за стола и вздохнул.

– И что? – Химель продолжал есть и прислушиваться к беседе Оракула и Тука.

– Зло может выбраться, – вздохнул старик. – Я заметил, что оно с каждым годом все сильнее и сильнее. И, если раньше я приходил сюда раз в несколько лет, то сейчас, думаю, что и одного раза в год уже будет недостаточно – опять круглый год здесь придётся жить.

Химель вытер губы и выскочил из пещеры.