8 ночей Сан-Челесте

После обеда прибежал Марко. Улыбающийся, правда чуть напряженно, взъерошенный.

Я как раз мерила платье. Он, ничуть не смущаясь, влез в примерочную комнату за ширму, с ходу восхитился: «Ух, как хороша!» Подхватил в объятья. Девушка-помощница из магазина поспешила тихо ретироваться, завидев его.

– Ну, что? Твой дракон не справляется? – поинтересовался Марко между поцелуями.

– Он… все сложно… – я растерялась, не знала, как сказать.

– Я знаю, – Марко слегка посерьезнел, чуть отстранился, глядя на меня.

 – Он мне тут, за дверью, уже сказал пару слов. Собирается влезть в какую-то крайне дерьмовую историю, а ответственность за твою защиту свалить на меня. Я буду только рад, Пина. Главное, чтобы с тобой все было хорошо. Я готов хоть в огонь, хоть в воду. Зато теперь совершено законно могу быть рядом с тобой целыми днями.

И снова полез обниматься.

– Мне немного страшно, – сказала я.

– Я буду рядом, – сказал он, похлопал пристегнутый к ремню меч. – И буду начеку.

Только сейчас заметила, что он с оружием, впервые за все это время.

На самом деле, в городе запрещено, только для городской стражи и вот, для специально охраны Гильдии.

Марко не сомневался.

А вот я…

– Ты не понимаешь, – сказала я. – В случае настоящей, серьезной опасности, меня просто выбросит домой. А вокруг тела Пенелопы вспыхнет защитный контур. Я не могу реально пострадать. А вот что будет с тобой?

Он нахмурился.

– Я все понимаю, Пина, – сказал он. – Я же не мальчик. В моей жизни не так много радостей, и ты, наверно, самая большая из них.

Самая ярка и дорогая. Через три недели мы уйдем в Джийнар. Умереть не страшно, смерть всегда где-то рядом. Страшно – не успеть в жизни самого главного. Если ты убежишь к себе раньше времени, то как же я без тебя?

Спокойно и серьезно.

Немного пафосные слова, но за ними – совсем никакого пафоса. Их суть – только честная правда. Такова жизнь… Они просто так живут. Все они.

Мне показалось – слезы наворачиваются на глаза.

– Марко…

Я уткнулась носом в его грудь, прижалась щекой.

Его сердце взволнованно колотилось.

– Пина, ну, что ты… – он гладил меня по спине. – Пина… Пинитта… Ну, иди ко мне… – потом бережно обхватил мое лицо ладонями, чуть приподнял под подбородок, заглядывая в глаза. – Ты самая лучшая девочка, Пина. Я очень боюсь тебя потерять. Никому не отдам. Ну… Моя Пина!

Он целовал меня, собирая слезы губами, но его руки уже подбирали мою юбку… И снова довольная улыбка на его лице.