8 ночей Сан-Челесте

Особенно страшно непривычно сосредоточенно-суровое лицо Марко. Центурион. У него даже голос меняется, когда он разговаривает не со мной. Он говорит сухо, отрывисто, даже резко, строго по существу. Интересно, солдаты его боятся?

– Одну минутку, Пина, – говорит он. – Ты уже готова? Сейчас идем.

И размашисто подписывает какой-то договор.

Мы шли из одной лавки в другую, и меня слегка трясло от всего этого.

Марко шел рядом со мной, он держал меня за руку, нежно поглаживая мои пальчики своим большим пальцем.

Так хотелось просто расслабиться…

Он что-то рассказывал мне про Карнавал. Вот, про Карнавал он неожиданно знает много. Я слушала в пол уха, успокаивал сам звук его голоса. Казалось – ну, что со мной-то может случиться? Я-то тут причем?

Рой тоже был где-то рядом, чуть позади.

Я обратила внимание – когда мы заходим в лавку, то Рой встает у двери, а Марко первым делом находит глазами другую дверь, в хозяйственные помещения здания. И ни на шаг не отходит от меня.

Мы купили еще одно платье и туфли, и белую маску, украшенную жемчугом.

Ювелирный.

На особо дорогие украшения я не смотрела, это не для меня, и не по карману, даже с учетом того, что для Гильдии здесь очень большие скидки. К чему мне все эти брильянты на улице? На светский прием я все равно не иду. Да и с собой не заберешь. Мне сказали, что после моего отъезда, украшения обычно сдаются обратно в магазин, и Гильдия ничего не теряет… Бывают, конечно, накладки, но не так часто.

К моему голубому платью – серебро и горный хрусталь, как раз то, что нужно.

Я пересмотрела много, но больше всего запала в душу совсем небольшая изящная подвеска – словно слеза. Прозрачная, сияющая изнутри.

– Нравится? – Марко очень долго и сосредоточенно пытался застегнуть замочек у меня на шее, не давая никому, и, все же, справился.

Потом обнял меня сзади за талию.

Я смотрела на себя в зеркало… Словно не на себя. Зеркала в этом мире пугали меня. Словно чужая, ослепительно-красивая девушка смотрела на меня, улыбаясь.

Маскарад. И даже маски не надо… И красивый мужчина обнимает ее, а не меня. Марко…

– Нравится, – согласилась я.

В сердце кольнуло.

Он заметил.

– Что-то не так? – спросил тихо.

Я покачала головой.

– Только шесть дней… – сказала я.

– Шесть ночей – это целая жизнь, Пина. Столько можно успеть!

Я положила голову ему на плечо.

– Если понравилось, давай я куплю для тебя, – предложил Марко. – Договорились?

– Ты? Зачем? У меня и так все это включено.