Дочь Черного властелина

– Полагаете, вы сможете справиться? – это уже Ланге. Высокомерно.

– Непременно, – сказал Арчи, усиленно стараясь приличный кусок баранины прожевать.

Лорд Ланге не поверил. Принцесса невозмутимо налила себе компот, а вот Юта бросила на Ланге такой злой, предостерегающий взгляд. Что у них, интересно?

– А вы не слишком самоуверенны, ваше высочество? – поинтересовался Ланге с изрядной долей сарказма.

Арчи баранину проглотил, принялся отрезать еще кусок.

– Не слишком, – сказал он. – Я привык ответственно исполнять возложенные на меня поручения.

– Верный слуга и послушный сын?

«Верный пес», – шепнули рядом, Арчи не разобрал кто именно.

И сарказма через край.

Спокойно… Арчи невероятным усилием взял себя в руки. Вот где-то тут понял, что страшно устал, и еще больше устал быть вежливым. Еще немного и сорвет.

– Я служу своему народу и своему государю, как, полагаю, всегда служили и вы, – кое-как удалось произнести это спокойно, не повышая голос.

Из того, что Арчи знал о Ланге – тот служил не слишком верно.

По некоторым сведениям, хоть это и не разглашалось, Длиннобородого сдали свои же. А предателей Арчи не любил, независимо от стороны, на которую они переметнулись.

– Светлые вечно рассуждают о верности, чести, и справедливости, – дернув щекой, бросил Ланге. – Но как доходит до дела, так готовы хоть каленым железом пытать ребенка, чтобы вернее поставить на колени ее отца.

Так.

Вот и все на этом?

И ведь все понимают, о чем он. Длиннобородого так и взяли, – сначала захватили младшую дочь, а потом уже вынудили сдаться его самого.

Арчи там не было, но он знает. А вот Ланге – был.

Спокойно. Его провоцируют, но поддаваться на провокацию – весьма неосмотрительно.

Арчи со всей отчетливостью осознал, что поужинать сегодня не выйдет.

Отложил приборы, выпрямился в кресле.

Спокойно.

Ланге силен. Опытен. И как некромант и как воин. Один на один Арчи с ним не справиться, это чистое самоубийство. У Арчи есть люди, но это Кнохенберг и некромантов тут больше, чем рыцарей в его войске.

Даже если замнет сейчас, провокации будут снова.

Но помереть в первый же день – совсем уж глупо.

Принцесса сидит ровно, почти отстраненно. А вот в глазах Юты – нескрываемая ненависть.

Что ж…

– Хотите рассказать, лорд Ланге, как вы сдали Ивон Ульбрихту? – спросил Арчи, понимая, что сам переходит грань.

– Арч! – страшно шикнул Даг, пихнув его в ребра. Молчать, да. Лучше молчать.