Объединение наций в разделенном мире. Трудный путь к консенсусу

Книга описывает события не в хронологическом порядке и освещает не все, с чем я столкнулся на посту генерального секретаря. Это было бы невозможно с учетом ограниченного пространства и времени. Я писал от себя лично, а мой взгляд, естественно, имеет границы. Множество историй альтруистического служения десятков тысяч сотрудников ООН и миротворцев в такой же степени заслуживают того, чтобы быть рассказанными.

Часть I

Дитя войны, человек мира

Начало пути в дипломатии

Глава 1

Детские годы

Через трагедию к силе

Я, дитя войны, вырос человеком мира.

Мой путь начинается в Корее. Я родился в 1944 году в уезде Ымсон в бедной провинции Чхунчхон-Пукто, славящейся тем, что в ней выращивают жгучий красный перец гочугару (гочу), без которого не обходится ни одно блюдо корейской кухни. В то время союзники освобождали Западную Европу на полях кровавых сражений Второй Мировой войны. Но сражения были далеко, и мои молодые родители больше беспокоились о том, как прокормиться и вырастить детей.

Я еще только учился говорить, когда мы переехали в город Чхонджу, где мой отец нашел работу в сельскохозяйственной компании.

Спустя две недели после моего шестого дня рождения солдаты с Коммунистического Севера напали на Юг, развязав Корейскую войну. Бывало, что издалека до нас доносился грохот выстрелов. Никто не сомневался, что северокорейские войска наступают – а с ними и катастрофические разрушения. Не знаю, как я это понял, ведь родители очень старались не показывать своего страха и тем самым защитить нас с братом.

Тем не менее мы жили в вечной тревоге.

Спустя полгода таких волнений ход войны внезапно переменился, и силы противника волной хлынули в нашу сторону. Более полумиллиона китайских солдат соединились в начале января 1951 года с северокорейской армией и теперь яростно теснили войска союзников.

Родителям пришлось спешно собрать наши немногочисленные пожитки и присоединиться к повальному бегству из Чхонджу. Моя мать, на девятом месяце беременности, перемещалась медленно, с трудом; соседи обгоняли нас, торопясь покинуть город.

Отец, встревоженный и бледный от ужаса, собрал для нас продукты, одежду и кое-какие вещи, которые могли понадобиться маме после родов. И я, в свои шесть лет, тоже тащил поклажу, сколько мог, хотя едва не валился на землю. Слезы подступали к глазам, но я старался держаться молодцом.

Мешки были тяжелыми, хотя мы бросили почти все, что у нас было.