Леди так не делают

От его тона даже мне не по себе стало. Не угроза, но где-то рядом.

– Вы ведь приехали не только за этим, но и по личным причинам, ваша светлость?

– Мои личные причины вас не касаются, лорд Каррингтон, – очень спокойно и ровно, словно не меня он целовал только что, словно я не прячусь в его шкафу.

Грэг кашлянул снова, немного нервно на этот раз.

Хэл ждал.

– И все же, лорд Харелт, – Грэг говорил куда осторожнее, – полагаю, вы планируете забрать мою жену с собой? Вы сказали, что ее стоит привезти в Моллоу тоже.

Это не может меня не касаться.

И в жар бросило. Сейчас они обо мне, вот так…

– Да, – спокойно сказал Хэл. – Планирую. Для ее же безопасности. Леди Маргарет и дочерей.

Грэг что-то такое промычал неразборчиво. Что-то о том, что о дочерях пока речи нет.

Я никогда еще не была предметом торговли.

– Для ее безопасности? – сказал Грэг.

– Да, – согласился Хэл. – Вы же знаете, мой брат мстителен. Если вы не сможете договориться с ним, то он ответит… и, может быть, не слишком симметрично.

Я бы не хотел, чтобы леди Маргарет пострадала.

Грэг, кажется, хмыкнул. Все это сложно и неоднозначно.

Не только моей матери, но и Эдварду не слишком нравилась моя дружба с Хэлом. Не нравилась я. И потому, что моя мать не нравилась его матери, и потому, что у моего отца были своеобразные взгляды на воспитание. И потому, что я не проявляла должного уважения к его монаршей особе… Все сложно. Даже Хэл не знает всего.

Или знает?

О том, как я однажды врезала Эдварду по морде? Тогда уже молодому королю.

Он только-только получил корону и решил, что теперь можно все. Что ни одна девушка не сможет отказать. А я… Я отказала. И когда он попытался было… проявить настойчивость… силой меня взять… я ударила. Даже не пощечина, а кулаком, со всей дури. И только это позволило мне вырваться. Эдвард не ожидал, разжал руки и я сбежала. Я так испугалась тогда.

Эдвард не простил.

Он запретил Хэлу жениться на мне, даже нашел ему невесту. Но Хэл так и не женился.

А мне мать быстро нашла подходящего жениха.

Я не говорила с Хэлом о том, что случилось, мне было стыдно говорить. Да и мать, страшно шипя, хватаясь за сердце, уверяла, что это моя вина, что я сама спровоцировала короля своим поведением. Я дала ему право думать, что не отказываю мужчинам, а потом… Я была совсем девочка и мне было страшно.

А Хэл, думаю, узнал. Мы почти не виделись, мать увезла меня, но то, что это замяли – возможно, его заслуга.