Медные крылья для королевы Синих драконов

Давно зовет, но сегодня я могу сделать это!

Да, последнее время я слышу этот зов все отчетливее. «Ты просто выросла, Ири».

Быстро переодеваюсь, смотрю на себя в зеркало. Мы почти одного роста с Медным, он лишь немного выше, а я пока так и не обзавелась мягкими женственными формами, так что ничего не давит в груди. Рукава рубашки немного длинны – у Медного шире плечи. В остальном, хоть и не идеально, но вполне прилично сидит на мне.

Интересно, лет через сто Медный станет таким же здоровенным, как Черный?

Если доживет.

А я?

Странно думать об этом сейчас.

Я выхожу к нему, он разглядывает с интересом.

Это словно детская шалость.

– Вам идет, – улыбается так довольно.

Я поворачиваюсь одним боком, другим.

– Походящей обуви только нет, – говорю я. – Ваши сапоги мне страшно велики, а у меня только бальные туфли.

– Ничего, летать можно и босиком, так даже лучше. Только держитесь крепче. Знаете как? Я сейчас обернусь, а вы залезете ко мне на плечи, пятками крепко упираетесь мне в грудь, чтобы не мотало, держитесь за шею.

Для начала можно пригнуться и обхватить, потом, когда привыкните, можно сесть прямо. Главное – пятками упирайтесь.

Я закивала.

Безумно как-то. Я должна обнимать за шею и упираться пятками в постороннего мужчину. Пусть он будет драконом, но это ничего не меняет.

– Идем, – говорит он.

И сам идет на балкон, быстро раздевается, стоя ко мне спиной. Кидает рядом. Одним легким движением перемахивает через ограждение вниз.

Я и охнуть не успеваю, как он раскрывает крылья.

Взмывает ввысь.

Небольшой круг и Медный опускается на тяжелую мраморную балюстраду балкона. Она массивная, и отца выдерживала, а этот…

– Залезайте! – говорит мне.

В драконьем обличье голос у него ниже, мягче.

– А вам не слишком тяжело будет?

Ему смешно.

– Очень своевременно, королева. Нет, не волнуйтесь, я носил людей и куда тяжелее вас. Воинов.

Ну, раз так…

Я лезу неуклюже. Медный подставляет мне лапу, потом перехватывает зубами за шкирку, когда я чуть не падаю.

Помогает устроиться. Я краснею, и руки слегка дрожат, но радости в этом больше, чем смущения.

– Ну как, держитесь? – спрашивает он. – Сильнее прижмитесь, не бойтесь. Потом сядете свободнее, когда привыкнете. Давайте, сейчас полетим. Я аккуратно, не волнуйтесь. И сразу к морю, полетим над водой.

Я киваю. Зажмуриваюсь, прижимаясь к нему всем телом.

Он прыгает.

И разом ухает сердце.