Последний амулет Блаватской

Можете подождать меня на улице. Только покормлю Наполеона, сделаю пару звонков. И все.

– Кто это? Наполеон?

– Рыбка, – рассмеялась Вероника. – Прожорливая и забавная.

На улице, в пыли, по-прежнему лежал пес. Он спал, ни на что не реагируя. Серафима отошла под дерево и тут же резко обернулась, ей почему-то показалось, что кто-то смотрит ей в спину. Ощущение не из приятных. Но никого не было…

На машине Вероники они доехали до окраины города. Справа и слева тянулись серые пятиэтажки.

– Район называется «Гнилорыбье».

В просторечии, конечно. На карте такое название не значится.

– Рыбный завод был?

– Не-а. Когда-то тут пруд находился, потом его засыпали. Перед тем как засыпали, рыба стала дохнуть, как будто бы знала что-то. Животные обычно все тонко чувствуют не в пример людям. Запах стоял, когда рыба подыхала… Отсюда название появилось и сразу на всю близлежащую местность распространилось. Теперь у нас в городе этот район только так и кличут.

Машину Вероника припарковала рядом с детской площадкой.

– Далее пешком. Тут правда недалеко. – Она критически осмотрела Серафиму. – Надо было кроссовки обуть.

– Взяла с собой. Но не подумала, что понадобятся сегодня. Так бы, конечно, надела их.

– Никто не знает, что когда понадобится…

– Это точно!

Вероника достала из сумки бутылку воды.

– Хочешь? У меня стаканчики есть. Кстати, давай на «ты». К чему нам церемонии разводить? Не бабки же мы старые…

– Принято.

Вероника разлила воду по пластмассовым стаканам.

После они вышли из машины и направились вперед – по дорожке между домами.

За строениями шла глиняная яма, недалеко тянулся полосой лес. Вероника объяснила, что нужно добраться до этого леса, потом повернуть вправо. Пройти лугом; а там уже будет Воронихино…

– Когда-то я любила прогуляться там… Романтическое место. Усадьба еще целой была. Сейчас, конечно, разрушается, к сожалению, быстрыми темпами… И никому до этого дела нет.

На лугу цвел клевер и колосились зеленые метелки.

Кое-где порхали бабочки, слетаясь на цветы. Потом снова поднимались вверх и кружились над травами…

– Искупаться бы, – сказала Серафима… – жарко. В такую погоду без воды испечешься сразу.

– Можно завтра взять купальник, сходить искупаться. Или сегодня вечером… Как ты?

– Можно… особых дел нет.

Чем ближе они подходили к месту, где находилась усадьба, тем сильнее стучало сердце у Серафимы… Вероника тоже посерьезнела. На лбу Вероники выступили капельки пота.