Мой покойный муж

Я его таким никогда не видела.

Что же она Киту сказала?

– И что?

– Ничего! – зло буркнул Кит. – Не бойся, я все подпишу.

Дернулся было встать, но не встал, только отвернулся. Уйти он не может.

И совершенно точно не станет сейчас говорить. Мне не узнать. Лучше не трогать пока, ему и без того нелегко. Не здесь, не в зале, не при всех… Но какого черта? Что там произошло у них?

Я попытаюсь узнать…

Уже почти все собрались, Гордан стоит за королевским троном, нет только самого Джона.

Нет Майрет, но она, скорее всего, и не придет.

Мы ждем короля. Он любит, чтобы его ждали, чтобы почувствовали его значимость.

Нэт переступает с ноги на ногу, поводит плечами… спина у него болит, и тяжелые кандалы тянут вниз, но сесть он не может.

Сукин сын ты, Джон, даже в такой мелочи…

Мы ждем… Четверть часа уже прошла, как все в сборе. Я бросаю взгляд на Нэта, но он не смотрит на меня, смотрит куда-то за окно… я смотрю тоже, но там ничего нет, только синее ясное небо… ласточки летают… дворец на берегу, и ласточки вьют гнезда под крышей.

Нэт стоит, упрямо сжав зубы… смотрит туда.

Эшафот на заднем дворе уже почти построили, сегодня закончат. Весь суд это фарс, представление на публику.

Я закрываю глаза. Помолиться, что ли… но я не знаю о чем. Ничего уже не исправить.

Радостно поет рожок, и открываются двери. Входит Джон, проходит к своему месту, садится. Поворачивается к Гордану.

– Можешь начинать.

Гордан разворачивает бумаги.

– Этард Муррей из Ована, – громко говорит он, и это сразу режет слух.

Не «лорд», даже не «сэр», просто Этард. – Вы обвиняетесь в государственной измене, в попытке покушения на его величество короля Джона, в многочисленных угрозах и подстрекательстве к государственному перевороту…

Он говорит что-то еще, я слушаю, но среди всего этого Майрет не упоминается ни разу. С одной стороны, понятно, потерянную невинность дочери Джон хочет обойти стороной, с другой стороны… дело ведь не в невинности. Думаю, все заинтересованные лица понимают это.

Нэт слушает, неподвижно глядя в окно.

– Этард из Ована, – говорит Гордан, – вы признаете себя виновным?

Нэт поворачивается, смотрит на него, на Джона.

– Да, признаю, – говорит спокойно, буднично, словно это ничего не значит.

Джону что-то не нравится, он кривится.

– На колени!

Облизав губы, Нэт быстро смотрит на меня, и на Кита тоже. И на колени встает. Так же, спокойно.

– Повтори еще раз, – требует Джон.