Солнце завтрашнего дня

* * *

…Выполнять программу по красивому загару она начала сразу, в первый день же день облюбовав уютное место на пляже. Она лежала на топчане, представляя, как выглядит со стороны: в новом купальнике, купленном на скорую руку – сине-бирюзовом, с эффектными белыми полосками; в темных фирменных очках, закрывающих пол-лица. И только она села, чтобы посмотреть на море, как увидела ЕГО… Красавца-блондина, который невольно смутил ее… Наверное, длительное отсутствие секса так действует: мужчины видятся в другом, волшебном свете.

Чуть ли не богами…

В этот момент она рассердилась на саму себя и снова легла, чтобы никого не видеть. И неожиданно услышала:

– Место свободно?

Анна открыла глаза и мгновенно села.

К ней обратился тот самый блондинистый бог… Вблизи он был еще лучше, красивее – пресс кубиками, как это сейчас модно, синие глаза… Она внезапно покраснела.

– Э… свободно.

– Спасибо. Я сейчас…

Через минуту блондин уже устроился рядом с ней. Они сидели на соседних топчанах и разговаривали.

Анна ощутимо напряглась. Она вдруг вспомнила, что ее фигура далека от совершенства, надо было не лениться, а хотя бы изредка ходить в фитнес-клуб и тренироваться, тем более возможности сейчас есть. А так…Она представляет собой не очень красивое зрелище. Ноги не накачаны, животик провисает, мышцы рук тоже дрябловаты…

– Вы здесь первый день?

– Да.

– Как жаль!

– Почему?

Анна прищурилась, принимая вид роковой красотки, подсмотренный в каком-то глянцевом журнале.

– Потому что я завтра утром улетаю.

Мой отдых закончен. Се ля ви. Все хорошее, к сожалению, когда-нибудь заканчивается. Так что мне не повезло: приятное знакомство – и в самый последний день… Какой нонсенс.

Анна дипломатично промолчала. Да и что она могла сказать? Неужели она понравилась этому красавцу с первого взгляда? Разве так бывает? Что за низкая самооценка, одернул ее внутренний голос. Не надо заниматься самобичеванием!

– Будем знакомы. Кирилл.

– Анна…

– Так звали мою маму, – с грустью в голосе сказал Кирилл.

 – К сожалению, ее уже нет. Но я ее помню, и мне не хватает материнских советов.

– Да… – Матери у Анны не было, она умерла, а об отце – тиране и алкоголике – лучше было не вспоминать. Тем более что сейчас она жила от него отдельно и не должна была терпеть его выходки, как раньше. То время Анна не могла вспоминать без содрогания… Как только она смогла все вытерпеть, не сломаться и не превратиться в законченную стерву!

– Вы отдыхаете одна?

– Одна.