Солнце завтрашнего дня

А? Вы не находите? И чем же ему могла не угодить молодая цветущая женщина, вы не задумывались?

– Виноват-с… Я Пушкина люблю, но…

– Об этом не думали, – словно угадал его мысли незнакомый господин. – А зря, молодой человек, зря. Кстати, как вас зовут?

– Алексей Самарин. А вас?

– Можете называть меня Василий Христофорович.

«Называть», – мелькнуло в голове у Алеши. Это не настоящее его имя или это такой фигуральный оборот речи? Сейчас многие стараются щегольнуть словечком, так сказать, продемонстрировать свою ученость и осведомленность.

– Нет-нет, это мое настоящее имя, – поспешил успокоить его Василий Христофорович. – Даже не волнуйтесь… А вот подумайте – чем ему не угодила Амалия?

– Даже не знаю, что и думать. Может быть, поведение супруги, ее страсти южные, романы с известными людьми… Самолюбие супруга, оскорбленного в своих лучших чувствах…

Господин издал короткий смешок.

– Кхе-кхе… сразу видно, молодой человек, Алексей, как вас по батюшке?

– Владимирович, – откликнулся он.

– Вы молоды и в супружеской жизни неопытны. Когда и кого останавливала ветреность супруги? Это, так сказать, правила великосветские, в которых мы живем. Думается, что причина не в этом… Далеко не в этом.

– А в чем? – спросил он и чуть не споткнулся. – К сожалению, не имею ни малейшего представления…

– Вы совершенно правильно указали, что Амалия имела романы – факт общеизвестный. Она вращалась в обществе – поклонники окружали ее, красивая женщина во главе такого вот салона – это всегда… Ну, вы понимаете?

– Да? – В вопросе Алексея прозвучало не то сомнение, то не размышление.

– Салон – это всегда штаб идей, интриг, слухов и сплетен, где успешно работают всякого рода лазутчики и осведомители, иногда и шпионы – радетели в пользу чужого государства, имеющего другие интересы в политической диспозиции.

Алексей прислушивался внимательно. Было все более и более захватывающе…

– Так и наша Амалия прекрасная… Чем не прикрытие для богатого, кхе-кхе, негоцианта… Слово какое – «негоциант», помилуйте, вместо купца… Все чем-то торгуют… Область тоже примечательная.

Он ровным счетом ничего не понимал из этого разговора, если только – самую малость…

– Вы еще так молоды…

«Сейчас я его тресну, ей-богу!» – проскрежетал про себя Алексей.