Миллионы не моего отца

И дело было не в подарках, которые не имели смысла, так как приобретались на деньги ее отца. Складывалось впечатление, что она сдала место на кровати слева от себя квартиранту. А сама, сама она – очутилась в роли учтивой горничной. Можно было, конечно, запустить дом – но едва ли он это заметит.

Впрочем, Лиза не хуже Вадима умела избегать неприятных разговоров. Она решила повременить и принялась за заброшенную было магистерскую диссертацию. Стала частым посетителем библиотек, театров и галерей.

В одну из таких галерей однажды заехал Вадим, чтобы забрать Лизу по дороге домой вечером, и в ее поисках долго блуждал по анфиладам залов, уставленных произведениями современного искусства.

Он остановился, чтобы перевести дух, у картины, чей провокационный примитивизм не мог ни привлечь его внимание. На картине был изображен летящий в небесной голубизне клин белокрылых фаллосов, а внизу была надпись: «Миграция на Восток».

– Интересно, что этим хотел сказать автор? – хулигански усмехнувшись, спросил Вадим стоявшую возле картины невысокую девушку, брюнетку с розовой прядью.

– Боюсь, этого мы не узнаем, – вздохнула она.

– А что, автор скрывается?

– Нет, разве вы не слышали – автор умер.

– Хм, я не знал. Я, честно говоря, вообще плохо разбираюсь в этом… искусстве. Кто, вот, например, это нарисовал? Анна Курт, – прочел Вадим на табличке, размещенной возле картины, – 1996 года рождения.

– Нет, вы не поняли. Анна Курт жива. Но автор умер.

– По законам постмодернизма, – добавила незаметно подошедшая Лиза.

– Я ничего не понимаю в этом, – небрежно бросил Вадим, поприветствовав жену поцелуем в щеку. – Я только могу признаться, что подобные шедевры сам рисовал в детском возрасте – бывало, в лифте, на парте или в кабинке туалета…

– Короче говоря, тайком, – заключила незнакомка.

– Как-то не хватало ума нарисовать это на большом полотне и выставить в галерее, – ответил Вадим.

– Времена были несвободные, – хихикнула девушка.

– Так что же, ты обвиняешь автора в воровстве сюжета? – засмеялась Лиза.

– А хотя бы и да, – загорелся Вадим.