Я (не) умею любить

– Пап, всё хорошо? – тихонько спросила, присев на подлокотник.

– Тише, куколка, – шёпотом попросил Дирк, откладывая книгу, – пускай отдохнёт.

Эмили улыбнулась. Отец даже выключил телевизор, чтобы его драгоценную супругу не тревожили посторонние звуки.

Заботливый. Любящий. Самый лучший.

Она обняла его за шею и чмокнула в щетинистую щеку.

– Как здоровье? – поинтересовалась, заглядывая в карие глаза.

– Я чувствую себя полным сил и энергии, – ответил уверенно. – Не понимаю, почему до сих пор меня держат под домашним арестом?

– Пап, перестань, – поморщилась, отстраняясь.

 – Просто так тебе бы не прописали домашний режим. Кстати, сегодня в баре многие посетители пожелали тебе скорейшего выздоровления. Это так мило.

Дирк нахмурился и покачал головой:

– Пока я тут прохлаждаюсь, моя семья тянет жилы, чтобы выжить. Джон бросил основную работу, ты закинула учебу, а мать целыми днями обхаживает меня, словно я немощный инвалид…

– Пап…

– …Эти докторишки ни черта не смыслят! Не могут отличить здорового от больного…

– Папуль, – Эмили сжала ладонь отца, привлекая внимание, – мы справимся с этим.

Всё наладится. Наша сила – в единстве, помнишь?

Дирк посмотрел на неё с теплотой в глазах:

– Куколка, ты у меня совсем взрослая стала, – он взял её лицо в ладони. – Моя умница. Прошу тебя, не запускай учебу. Женщине нужен тыл в виде образования.

– Я помню это, – улыбнулась и встала, направляясь в свою комнату. – Сегодня как раз собираюсь заняться подготовкой к зачётам.

– Вот и правильно, – подбодрил он её. – Ты права – мы со всем справимся. Оклемаюсь – и заживём, как раньше.

Эмили улыбнулась и скрылась за дверью своей комнаты.

Глава 4

– Тадеуш Андерсон! Ты кобель и неблагодарная свинья! – раздался истеричный женский крик.

Алекс поморщился от высоты децибелов, которые издавала его мать.

Он вышагивал по дорогому ковровому покрытию, направляясь в кабинет отца, откуда, собственно, и летели звуки ссоры.

– Ты забываешься, Лаура! Не смей разговаривать со мной в таком тоне! – раздался грозный рык Андерсона-старшего. – Твоя жизнь похожа на долбанную сказку только благодаря мне! Поэтому закрой свой рот и оставь меня в покое!

– На сказку? Благодаря тебе? – голос матери был полон сарказма. – Моя жизнь – это дешёвая трагикомедия, в которой ты делаешь из меня посмешище на весь город!

– Ну, с «дешевая» ты, конечно, погорячилась, – раздраженно бросил отец.