Проклятие Титаника

У мамы будет ребенок, ей станет не до меня – новые хлопоты и заботы…

Но я видела, что Бетти одновременно что-то гложет, она пару раз посмотрела на молодого Альфреда Сислея с брезгливостью, смешанной со страхом. Она боится его, с удивлением подумала я.

Ухаживания Альфреда Бетти отвергла сразу, при любой возможности она сторонилась его и не поощряла знаков внимания, которые он ей оказывал. Однажды я краем уха услышала странный разговор между Сислеем и незнакомым мне мужчиной.

– Не понимаю, что она о себе воображает.

Обычная… – дальше шло французское слово, которое я не разобрала.

Вечер закончился. Мы разошлись с Бетти по каютам, но я еще долго не могла уснуть. Потом все-таки провалилась в тяжелый сон. Проснулась оттого, что меня трогали за плечо. Я открыла глаза, Это была Флосси. И вид у нее был испуганный.

– Что случилось? – спросила я.

– Не знаю. …Мы почему-то остановились. И стоим… Корабль не плывет.

– Наверное, мелкая поломка, – со знанием дела ответила я.

– Может, выйти посмотреть.

 – Флосси была встревожена. – К тому же мне снился плохой сон. – Как я уже поняла, плохие сны снились Флосси с завидной регулярностью.

– Я с тобой, – мгновенно откликнулась я.

На палубе столпились немногочисленные пассажиры. Подойдя к ним, мы выяснили, что корабль прошел мимо айсберга и слегка его задел. При этом размеры айсберга никто не мог указать точно. Кто-то говорил: двадцать метров, кто-то тридцать, а один мужчина с пышными усами, взмахнув руками, утверждал, что не меньше пятидесяти.

– Скорее всего экипаж сейчас внимательно осматривает корабль, – высказал предположение один из пассажиров. – Еще немного, и мы поплывем дальше.

– Да. Уже стоять надоело, – подтвердила его спутница, утыкаясь носом в пальто. На палубе было холодней, чем обычно, и я поежилась.

Постепенно людей становилось все больше…

– Пойдем в каюту, – предложила Флосси. – А то мы здесь продрогнем.

Спускаться мне не хотелось, но я дрожала от холода и притопывала на месте, пытаясь согреться.

– Л-ладно, пойдем.

Раздался сильный скрежет, а затем толчок.

– Хорошо, что это случилось ночью, – заметила женщина с кокетливыми кудряшками. Она была одета в легкий пеньюар, поверх которого накинула накидку. – А то мы бы не потанцевали вечером.

Ответом ей были взрывы хохота.

– Зато сколько угодно льда для шампанского, – сострил высокий молодой человек в шляпе. – Лед самого лучшего качества. – И он показал на палубу, где валялись куски льда.