Холод

С гнильем потом возиться охота? Или объяснять, что нам неудобно было, поэтому у нас падаль до весны в трубах застряла у всех на виду? Кидай, давай, чего стоишь?!

С десятой попытки крюк-тройка всё-таки зацепился. Подналегли на веревку, потащили. Что-то хрустнуло, но явно не шея и не челюсть.

– В подмышку попал, – отдуваясь, сообщил старший, светя фонариком на тело. – Вот обмотался-то, падла! Где только раздобыл барахла…

– Обыскивать будем? – деловито спросил молодой.

– Обыыыскивать? – протянул старший. – Ну, обыскивай, коль не шутишь.

Много всего найдешь, точно говорю. Цепку железную на шее, да вшей в пальте. Ищи, чего встал-то?

– Я… раздумал, – молодой стушевался.

– Правильно раздумал, – похвалил старший. – Значит, так. Учись, пока я живой. Это полукровный, видишь? К таким на выстрел не подходи, и никогда не трогай. Потому что у них не только ихнии болезни бывают, но и наши все. А у тебя дочка маленькая дома. А у него брюхо вон какое – кумекаешь, из-за чего?

– Больной, что ли? – опасливо спросил молодой.

– Нет, блин, здоровый, вишь, покупаться на речку пришел, – заржал старший. – Ясное дело, что больной. И дохлый. Но этот хоть без той заразы, башку давить не будем.

– То есть яйца нет, что ли?

– В башке-то? Нету. Вишь, как глаза глубоко запали? Значит, нормально. У которых яйцо, у тех всех глаза навыкате. И даже не закрываются совсем. Закроет вроде, а между веками полоска. Сечешь?

– Даже у мертвых?

– Ну а то. И у мертвых тоже. Этот просто старый. Со срока сошел, выперли, он и замерз.

Обычное дело. Ладно, давай в кузов кинем, и поехали. Холодно сегодня, вот ночка, а!

– В утилизацию? – уточнил молодой.

– Смеешься? Ну на хрен. Хоть десяток наберется, тогда свезут. Или мы свезем. На двор сзади кинем, и вся недолга. С остальными полежит. Погода холодная, чем им сделается.

– А собаки не погрызут?

– Так перестреляли вчера еще собак-то, – хохотнул старший. – Тютя ты, Витька. Всё веселье проспал. Там такое было… ща расскажу, оборжешься.

2.

 Четыре тайны

– Эри, близко не походи! Стой там! Говорю, стой там, где пол белого цвета.

– Почему?

– Потому что это может быть опасно! – рявкнул Скрипач. – Ит, завел?

– Глаза разуй… так, смени, я переодеться.

– Ит, кто это, и что с ним? – с ужасом в голосе спросила Эри, отступая в белую зону. – И откуда ты его взял?

– Кто? Понятия не имею. Что? Сейчас будем разбираться. А взял… – Ит уже натягивал хирургичку, поэтому говорить ему было не очень удобно.