Слуги тихого омута

– Ты блокируешь свой детектор, чтобы не лез, куда не звали, вытаскиваешь и разворачиваешь панель ее… хе-хе… – Дауд вдруг резко кивнул и перед ним возникла синяя светящаяся планшетка. – Это не её… это твоя. Вот видишь, вон тут… Это что?

– Геронто-блок, – ответил Ренни. Он не ожидал подобного поворота событий. Дауд вовсе не был пьян, он, как оказалось, в этот самый момент экзаменовал Ренни. – Область отвечает за…

– Можешь не рассказывать, – поморщился Дауд. – За медиаторы она отвечает. У тебя сейчас всё в порядке, а у нашей дамочки это, – он ткнул пальцем в планшетку, и она мгновенно расслоилась на несколько десятков фрагментов, выстроившихся в широкий ромб, – было бы малиновым.

И тебе надо быстро разбираться – то ли это детектор, то ли дамочка чего-то скушала типа мяса, то ли у нее самой с телом нелады. Тоже бывает, но редко, – врач движением руки вычленил нужный фрагмент и крутанул перед собой в воздухе. – Допустим, вот так… Труднее всего найти причину…

– Дауд, можно спросить?

– Чего? Да можешь не спрашивать, я уже догадался.

Остальные десять процентов – это чаще всего несчастные случаи, реже – экстренные ситуации, еще реже – смерти. Первые годы про эти вещи можешь не думать. Равно как и роды. Никто тебя на это не пошлет, не волнуйся. Для этого надо проходить отельные курсы, и защищаться. Пока про эти курсы тоже не думай, рано.

– Почему? – спросил Ренни.

– Потому, – отрезал Дауд. – Молод еще.

Он раздраженно махнул рукой, снова собравшаяся воедино планшетка растаяла в воздухе.

Ренни вытащил сигареты, они закурили. Дауд присел на корточки, Ренни просто сел на пол.

– Романтики вы все ищите, – вдруг сказал Дауд. – Чтобы арг откусил красивой девушке полноги, вы пришли, спасли красавицу, восстановили ей ножку, и потом сыграли свадьбу. Ерунда.

– А бывало?.. – спросил Ренни, но Дауд его тут же перебил.

– Бывало, – мрачно сказал он. – Много что бывало. И мачты на людей падают… терпеть не могу эти яхты! И в горах обмораживаются, и тонут, и на катерах летают так, что потом долго думаешь, как эти ошметки снова в человека превратить.

Дураки! Хорошо, хоть нечасто. Пять, ну шесть раз в году такие вызовы. Остальное – рутина.

Ренни промолчал. Рутина так рутина, куда ему теперь деваться? Уже согласился, не идти же на попятный. Теория Дауда ему сразу не понравилась, он интуитивно чувствовал, что она изобилует слабыми местами и нестыковками, но пока решил ничего не говорить. От греха.

– Я пойду, можно? – попросил он.