Слуги тихого омута

 – Если человек маленький, он имеет право только чужие считки смотреть, да?

– Слушай, откуда ты постоянно… – начал было Ренни, но осекся. – Хочешь, на плечи посажу?

– Ой, правда? – обрадовалась Тон. – Ренни, миленький, быстрее!

– Летят! – заорал кто-то.

Вэн Тон в мгновенье ока очутилась у Ренни на плечах.

– Смотри! – закричала она. – «Монастырь»!

И Ренни увидел. К Дому подлетала яхта – при полном параде. С поднятым гротом и стакселем. С легким креном на левый борт. С двумя яхтсменами в кокпите. Стоило ли говорить, что один из них был черным, а другой – рыжим?

Паруса, объятые как огнем закатным медным солнцем наполнялись ветром, матовый корпус с выпушенным длинным острым килем с противовесом, делила тонкая белая полоска ватерлинии, на корпусе ближе к носу сияли две буквы «ЛМ» – «Летающий монастырь».

Бесполезный водный руль поднят и сложен, а вместо него какая-то совершенно незнакомая конструкция, скорее всего – руль воздушный. Когда яхта приблизилась, Ренни увидел, что паруса, как и руль, новые. Они имели скорее декоративный характер: на большой высоте дуют слишком сильные ветры и обычный парус давно бы сорвало, а эти состояли словно из мелкой сетки, по крайней мере, ветер они держали нормально. Парочка в кокпите сидела, как положено. Один на шкотах, другой на руле. Толпу, вопли, и пристальное внимание они торжественно игнорировали.

Зрелище получилось величественное и абсурдное одновременно.

Катерояхта торжественно продефилировала вдоль стены Саприи, предоставляя всем желающим посмотреть на нее, затем торжественно развернулась и пошла прочь, на закат.

Немного отдалившись, она начала втягивать внутрь мачту и киль, превращаясь в обычный катер. Катер мгновенно набрал скорость и скрылся с глаз.

– Забавно, – протянул Ренни.

– Здорово, – Вэн Тон взъерошила ему волосы. – Молодцы.

– Не понятно только зачем, – заметил Ренни.

– Понятно, – отмахнулась Тон. – Это было заявлено как «не дадим запретить вылеты при ветре выше пятерки». Ладно, пошли по домам.

– А почему сегодня? – поинтересовался Ренни.

– Сегодня как раз пятерка и есть. Пошли, Ренни, я устала.

3

Случай

До зимы было пока далеко. Но короче стали дни, прозрачнее тени, листья покинули ветви, и лежали теперь на земле, скрывая ее темнеющим с каждым днем покровом. Звезды по ночам горели ярче, предвещая скорый мороз, а из окна высоких этажей Саприи по утрам можно было рассмотреть далекие горы, вершины которых уже оделись снегом.