Королева скелетов

Это еще не мелодия, нет, всего лишь проба звука, но как же она радует сердце. Привет тебе, прошлое. Мое милое прошлое, которое не убить до конца ни одной, даже самой крутой фее.

«Как всё началось, под какой звездой

За какой чертой ты стал моей судьбой

За каким холмом из ненужных фраз

Пролился туман твоих печальных глаз

Мой ласковый и нежный зверь

Я так люблю тебя поверь

Мой ласковый

Мой ласковый и нежный зверь…»

Вальс «Мой ласковый и нежный зверь»

Последние щемящие душу звуки вальса отзвучали, мой голос стих, и в зале воцарилась тишина.

Подданные тесной толпой стояли перед балконом и почему-то не танцевали. Непорядок. Я для них стараюсь, играю, а они столбиками простаивают.

– Как ты, простите, вы, ваше величество, красиво поете, – нарушил тишину один из скелетов. Взяла на заметку – просто так королевам не тыкают. Если нельзя внешность определить, хоть голос постараюсь запомнить.

– И так проникновенно, – промакнул пальцами пустые глазницы черепа еще один.

Дальше возгласы восхищения посыпались со всех сторон. Публика потихоньку впадала в ажиотаж и культурно так, можно сказать, изящно сходила с ума.

– ТИХО! – я подняла руку. Голос у меня громкий, зычный, разом перекрыл гомон толпы, – если вам понравилось мое пение, тогда не откажите в любезности, разучить со мной этот танец. Называется он вальс. Сейчас я сыграю что-нибудь простое, а затем покажу движения.

Всегда была уверена, что ничто так не стимулирует человека к деятельности, как жгучее желание остаться живым и невредимым. Казалось, это практически невозможно – разучить незнакомую мелодию на слух за столь короткое время. Однако под моим чутким и, не скрою, требовательным руководством дело шло на лад, и скоро под сводами бального зала зазвучали звуки бессмертного вальса. Имя композитора и название я так и не вспомнила, но была уверена – играем что-то классическое, воздушное, а главное, не сложное для воспроизведения.

Струнные несмело вступили в партию вслед за клавишными, дудочка колебалась дольше всех, но смогла влиться в мелодию и она. Мое многозначительное «кхм, кхм» и ласковая улыбка чудным образом помогали музыкантам быстро избавляться от ошибок и фальши в игре.

Пришла пора для танцевальных занятий. Приподнимая подол платья – не навернуться бы на лестнице, я спустилась вниз. Заслужившиеся подданные не сразу просекли новую угрозу.