А могло быть иначе…

И уже позже, в возрасте тринадцати – четырнадцати лет, в момент переходного возраста, отчетливо понимала, как мне не хватает настоящих родителей. У тети Маши было двое своих детей: Надя, моя погодка, с которой мы учились водной школе и одном классе, и сын Дима, старше нас с сестрой на четыре года.

После смерти мамы отец крепко и беспробудно пил. Тетя Маша, родная сестра мамы, решила незамедлительно забрать меня в свою семью. И теперь лишь черно-белые фото напоминали мне о прошлой жизни, где у меня были настоящие родители.

У тети Маши было много фото, где они с мамой в детстве, со своими родителями, моими бабушкой и дедушкой. Так получилось, что бабушку, дедушку в живую я не видела. Держа в руках фото, я легла на кровать, с головой укрывшись одеялом. Прижимая фото к груди, мне казалось, что мама рядом. Мысленно я разговаривала с ней.

– Мамочка, мамочка, как мне тебя сейчас не хватает. Как я хочу быть рядом с тобой. Тетка Мария хорошая, даже очень, да она вспыльчивая, но это не со зла. Я очень сильно люблю ее.

Я понимаю, как она переживает, может даже и больше, чем за своих детей. Сегодня я окончила школу, а завтра первый день моей взрослой жизни. Мама, я так счастлива от того, что встретила рассвет с Игорем, хотя тетя заставляет меня с ним растятся. Но я не представляю жизни без него. Я так сильно люблю. Порой кажется, что дышать без него не могу. Но мама лишь безмолвно смотрела на меня с черно-белого снимка. Прижав фото к груди, я тяжело вздохнула и произнесла негромко вслух.

– Ах, мамочка, моя любимая мамочка как мне тебя сейчас не хватает.

Ностальгия воспоминаний из детства не давала заснуть. Я вспомнила, как последний раз видела своего отца. Тогда я его даже немного напугалась. Мы возвращались с Надей со школы, а он сидел на скамейки у дома тетушки. Увидев меня, заметно занервничал и стал что-то искать в карманах старого потрепанного коричневого пальто.

– Здравствуй доченька – неуверенно произнес он.

– Папка, папка – что есть, силы кричала я, и радостно бросилась его обнимать.

Помню как по его небритому щетинистому лицу стекла слеза. Он крепко обнял меня, и поцеловал в макушку.

– Доченька, какая ты стала, повернись, я посмотрю на тебя.

Тогда я училась во втором классе. С легкой детской наивностью принимала его таким, какой он есть. Мне было абсолютно все равно, как он выглядит. В этом возрасте любят не за что-то, а просто так. Отец достал из кармана горсточку конфет "Монпансье" сдул с них грязь и табак, протянул их мне.