Душа дворянки

Однако в его речи присутствовали не только сухие конкретные факты, но и интересные субъективные оценки. Не только досконально знавший, но и тонко прочувствовавший давние события, он бесстрашно озвучивал собственные выводы об итогах сражений и анализировал поступки отдельных людей: удачи и неудачи, подвиги и предательства.

– Потрясающе! – воскликнула Ксения Ивановна, когда к ней, наконец, вернулся дар речи. – Я за всю свою жизнь таких ответов не слышала! Неужели ты так любишь историю? Ты ведь не готовился, а так, прямо сразу! И такая свежая, такая своеобразная точка зрения….

Твои сверстники понятия не имеют, что такое войны второй половины восемнадцатого века. Спросишь их – и даты-то не назовут. Или вообще с Великой Отечественной перепутают, посадят всех на танки да на самолёты прямо в кюлотах и напудренных париках и отправят нацистов громить, и ничего, что нацисты эти через двести лет только родятся. А ты рассказал об этой войне так, будто видел её своими глазами!

– Вы правы. Я участвовал в нескольких сражениях.

Однажды даже был ранен, – ответил Нестор, и класс взорвался от смеха.

– “World of tanks” forever! – воскликнул Карташов.

– 

«Дота» круче! – возразил Леготин. – Ветров и тот в «Доту» рубится.

– Ох уж эти ваши игрушки! – открывая классный журнал, покачала головой Виктория Валерьевна. – Ну, садись, Вяземский, пять тебе за технику и пять за артистизм!

С учительницей английского языка Викторией Валерьевной Нестор проговорил о чём-то весь урок, и перевести их диалог не удалось никому из моих одноклассников.

Никто и не стремился разобраться в дебрях иностранного языка. Все, торжествуя, единодушно отмечали несостоявшуюся благодаря Нестору контрольную работу по прямой и косвенной речи.

– Может, ты знаешь ещё какие-нибудь языки? – спросила Виктория Валерьевна Нестора после урока.

– Их не так много, – скромно ответил Нестор. – Английским, немецким и французским владею свободно. С испанским и итальянским чуть хуже. Мне больше нравятся древние языки: старославянский, греческий, латынь.

– Наш человек, контру сорвал, – сказал в коридоре своему приятелю Карташов. – Может, простим его пока?

– Давай простим, – согласился Леготин. – Завтра Стас придёт – решим, что с этим пучеглазым делать. А на сегодня пока что отбой.

Глава 3. Мёртвые души

Весь урок английского Лариска неслышно смеялась от счастья. На её щеках играл задорный румянец. Она показывала мне новые фотографии своего возлюбленного.