Элина. Интриги темного двора

Мы шли по коридору академии темной империи к кабинету ректора Маквила. Кроме основных заинтересованных лиц – Асина и эльфийского старейшины Раовиэля, в гости к ректору направлялись Винс, конечно же, я, ну и Шаднор не мог не напроситься.

Кабинет ректора производил впечатление. Сразу видно – здесь постоянно и, безусловно, много работали. Одна стена была сплошь заставлена стеллажами с книгами. Напротив – целый оружейный склад, в котором хранилось столько всего – от маленького трехгранного ножичка до неизвестных мне рогатулин.

Дальше висели несколько картин, изображавших какие-то эпические сражения со злобными монстрами. Внушительный письменный стол завален бумагами, но не было ощущения хаоса, а все было как бы разбросано по своим местам.

Сам ректор Маквил был высоким, хорошо сложенным – видно, что о сражениях знает не понаслышке – и абсолютно седым симпатичным мужчиной. Даже шрамы через всю левую сторону лица, начинавшиеся от виска и исчезавшие за воротом рубашки, не портили впечатления.

А уж сила и властность, от него исходившие, прекрасно ощущались окружающими. С такими обычно не спорят, и их авторитет заслужен и неколебим.

Обменявшись приветствиями и представив всех друг другу, Винс дал слово Асину.

– Помогите нам разобраться, что случилось с нашим амулетом жизни. Почему алтарь отверг его, – закончил историю кражи и обнаружения реликвии эльфийский принц и бережно протянул ее ректору.

Маквил осторожно принял из рук Асина амулет, откуда-то из-под стола извлек специальную подставку с увеличительным стеклом – правда, оно почему-то было черным, расположил на ней реликвию и стал внимательно ее рассматривать, шепча что-то себе под нос и делая замысловатые пассы руками.

– Думаю, нам лучше переместиться в лабораторию, – спустя несколько минут произнес ректор.

В личную лабораторию Маквила вела крутая винтовая лестница прямо из кабинета. Спустившись в подвал, ректор расположил подставку с амулетом на гладком черном камне и велел нам отойти к стене.

Асин, конечно, сильно переживал за сохранность реликвии, но возражать не рискнул. Мы отошли к стене и стали наблюдать за тем, как ректор чертит пентаграмму вызова на полу вокруг камня.

– Черная дымка, которую вы приняли за проклятие, это неупокоеная душа невезучего воришки, – пояснил нам свои действия Маквил. – Я постараюсь вызвать ее на разговор.

Закончив пентаграмму, произнеся заклинание и напитав ее силой, ректор не добился никакого результата.