Прибыльный отбор. Женихи оптом дешевле!

Пока не узнаю, что во дворце делает друг детства, доверять ему не стоит, а значит, продолжаем отыгрывать глупышку. – Раз уж ты здесь, может, поможешь?

– Зачем тебе статуя? – нагло проигнорировал мою просьбу Берти.

– Это не просто статуя. Это Леонар Прекрасный. Я хотела взять его за образец.

– Образец чего? – в недоумении приподнял брови Берти.

– Идеального мужчины, разумеется, – изображая удивление от недогадливости собеседника, пришлось даже закатить глаза. – Мне же предстоит отбор женихов, ты в курсе?

Услышав об отборе, Берти дернулся так, словно у него внезапно разболелся зуб, а до ближайшего целителя пять кварталов пешком.

– Случаем, не участвуешь? – осведомилась я, еще раз внимательно осмотрев друга детства. Честно говоря, сейчас он ничем не уступал Леонару. Разве что белокурые волосы, не в пример средневековому красавцу, забраны в аккуратный хвост. Я невольно потянулась к собственной шевелюре и тут же себя одернула. Поздно! Мою прическу «Вороний домик» Берти уже наверняка успел оценить.

Впрочем, как и измятое платье, на которое успела налипнуть пыль.

– Нет. Не удостоился такой чести, – холодно бросил Берти и по его тону стало очевидно, что эту честь он считает весьма сомнительной.

Я нахмурилась, и тут же озвучила неожиданную догадку:

– Ты знаком с моим женихом?

– Раз ты согласилась на этот фарс с отбором, то вы с Кордэллом непременно станете идеальной парой, – высокомерно фыркнул Берти.

Как объяснить ему, что предстоящая свадьба даст мне возможность увидеться с родителями? Как рассказать, что альтернативой возвращению во дворец было увольнение из театра?

В глазах предательски защипало от обиды.

Я поняла: если и придумаю колкость в ответ на слова Берти, то все равно не смогу сейчас озвучить ее так, чтобы голос не дрогнул. Поэтому, кивнув в знак окончания беседы, я обогнула молодого человека и уверенной походкой направилась к выходу. Уверенной, а не стремительной…

– В восточном крыле проходят заседания парламента и располагаются кабинеты его членов.

Не советую туда заглядывать, – бросил, не впечатлившийся моим молчаливым уходом, Берти.

Покидая Золотой зал, я хлопнула дверью так, словно меня этому полжизни обучал Люченций Ламбот.

«Балконное» приключение прошло благополучно. Я вернулась в свои покои, не попавшись на глаза охранникам и избежав внимания служанок. Вот только радости по этому поводу не испытала. Досада на Берти бурлила во мне, словно зелье в ведьмином котелке.